– Что-то тут не так… – Гейб снова уставился темными глазами на ежедневник. – Что ты там говорила о списке дат?
– Ничего особенного. Только то, что ты был прав. Здесь есть список чисел, и последнее указывает на текущий год и месяц. – Холланд закрыла тетрадь, как если бы разговор был окончен.
– Дай-ка взглянуть, – сказал Гейб.
– Взглянуть на что?
– На ежедневник.
Пальцы Холланд крепче сжали тетрадь. Она понимала, что ведет себя мелочно. Однако трюк, который Гейб провернул с Чансом, подтверждал, что она совсем его не знала. Так что ей больше не хотелось делиться с ним чем-либо. На самом деле Холланд даже не была уверена, нужен ли ей Гейб. Если она права и отец спрятал Сердце Алхимика в банковской ячейке, то все, что Холланд нужно было сделать, – это открыть ее завтра утром.
– Почему ты ведешь себя так скрытно? – спросил Гейб. – Все из-за малыша-бойфренда? – Он намеренно шагнул вперед.
Холланд отступила.
– Прекрати меня запугивать. Если хочешь, чтобы я стала менеескрытной , сделай то же самое. Ответь на вопросы о моей сестре. – Холланд кивнула в сторону запястья Гейба. Совсем недавно он сказал, что татуировки не имеют значения, но Холланд ему не верила.
Она знала, что Дженьюэри любит ее, но также знала, что иногда любовь той сильно отличалась от ее собственной. Дженьюэри считала мир гораздо более суровым и чувствовала необходимость защитить сестру.
Холланд хотелось верить, что именно поэтому у Дженьюэри имелись секреты. Вероятно, она считала, что поступает правильно. Возможно, так оно и было. Возможно, благодаря секретам сестры Холланд видела мир таким ярким и красочным. Тем не менее Холланд предпочитала думать, что суровая правда не помешала бы ей верить в то, что мир полон волшебства – чудесного волшебства, как то, что встречалось во время охоты за сокровищами, – и она могла схватить его, протянув руку.
– Я просто хочу знать, как много сестра скрывала от меня, – продолжила Холланд. – Знает ли она все эти мифы и легенды так же, как, похоже, знаешь их ты? Как она ввязалась в это?
Гейб уставился на Холланд так, как, по ее представлениям, волк мог бы смотреть на пушистого белого кролика или огонь – на зефирку. Как будто и так было ясно, кто победит.
– Я не стану отвечать на твои вопросы.
– Почему?
– Существует много вещей, в которые я не верю, но я верю в преданность. Секреты Дженьюэри принадлежат ей, значит, ей ими и делиться.
При других обстоятельствах преданность Гейба могла показаться похвальной, но сейчас она больше напоминала повод оставить ее в неведении. Холланд отвернулась и зашагала прочь по коридору.