На следующее утро, после разговора с Софи я, улучив минуту, помахала Архипу из окна нашего походного домика. Мы хотя и устали от дороги, а всё же этот просторный экипаж невольно стали называть домом.
— Доброго денёчка, барышни! — Архип был румян с мороза, и Софи поспешила предложить ему чай, радуясь его визиту.
Накидываться на него с вопросами сразу было не совсем удобно, поэтому сначала я завела светскую беседу. О том, что дороги стали более ухабистыми, что берёзы под снегом выглядят очень живописно, сколько еще времени мы проведем в пути и так далее.
Архип с удовольствием «швыркал», прихлёбывая горячий чай. Мы подсовывали ему то булочки, то пирожные. Он был доволен нашим вниманием, но отказывался почти от всего, уверяя, что есть не хочет.
— Сытой куме одни песни на уме, — посмеиваясь, подмигивал он Софи, ожидая когда я переведу ей русский фольклор, — а мы, барышни, в дороге. Дорога — это серьёзное дело, а не шаляй-валяй! — он многозначительно поднял указательный палец вверх, подчеркивая глубину мысли.
У меня сердце ухнуло вниз, куда-то там в желудок. Архип говорит такое, а я сейчас буду спрашивать, уместна ли прогулка верхом, и сможет ли граф сопровождать меня на ней. А вдруг нет лишних лошадей для верховой езды, а вдруг для этого придётся останавливать весь обоз?
В общем, я порядком струхнула. Но спросить все же стоило — а вдруг повезет?
Мне почему-то казалось, что именно на этой прогулке, когда мы останемся с Михаилом наедине, я и получу ответы на свои многочисленные вопросы. На самом деле вопрос был один. Ответ тоже.
Задумавшись, я шумно вздохнула: вот ведь правду говорят, если женщина не выдумает себе порядка пяти драм за день, проверьте её пульс — возможно, она уже померла. А ведь задумывалось всё просто как развлечение!
Наконец наступил момент, когда я сочла возможным сказать:
— Архип, у меня просьба, вернее вопрос, — я густо покраснела, подбирая слова.
И Архип и Софи уставились на меня удивлённо, кажется, я прервала их на полуслове.
— Слушаю, мамзель, внимательно. Усе вопросы решим, что стряслось-то? — он отставил пустую чашку и смотрел на меня добрыми светлыми глазами.
— Скажи, а вот не будет ли слишком сложно покататься здесь верхом? Есть ли для этого возможность?
Архип смотрел на меня очень удивлённо. А я постаралась закончить свою мысль, боясь, что не смогу договорить до конца:
— И если это возможно, мог бы граф сопровождать меня?
Архип неторопливо провёл по усам. Мне показалось, что он прячет лукавую улыбку.
— Надо подумать, барышня Мадлен, какая из лошадок вам подойдёт-то. С нами не очень много смирных да послушных. Только опытных слушаются, — тут он спохватился. — Дык может, вы как раз из опытных, на смирной скучно вам будет?