— Что⁈ Чего же ты мне раньше-то не сказала? — сон сняло как рукой. Я подскочила и как заведенная закружила по комнате. — Зови Софи, срочно, мне надо одеться. Давай, Мария, поторопи ее.
Вот тебе и выспалась, вот тебе и графиня. Ну, раз хотела имя свое оставить в учебнике моды, значит и спать — роскошь. Как говорила моя бабуля: «Не от того обеднели, что много ели, а от того, что много спали». А они там лучше знали, всяко — лучше.
Глава 67
Как я ни торопилась, а одеваться пришлось со всей тщательностью. Меня же пригласили одевать саму императрицу. Тут мудрость «сапожник без сапог» не имела права на существование. Я должна была выглядеть блестяще.
Попросив Машу пригласить ко мне Анну и Софи, я задумалась. Надеть что-то шикарное, но строгое? А если придётся сразу ехать во дворец? Вероятность, конечно, была мала, но всё же существовала.
— Слушаю вас, мадам, — чопорная Анна появилась в наших с Михаилом покоях.
— Анна, я очень вас попрошу оказать посланнику от Её Императорского Величества самый радушнейший приём, да чтобы не скучал. Мне очень нужно немного времени, чтобы выйти к такому гостю в достойном виде… — Анна не успела ответить, как в покои влетела Софи.
— Мадемуазель Мадлен… Ой, простите, всё привыкаю и привыкаю, Ваше сиятельство! Сейчас мы всё сделаем, я уже слышала, кто явился, — торопливо заговорила она с порога, путая русские и французские слова.
— Да, Софи, сейчас, — и продолжила, обращаясь к Анне, — может полчаса, может минут сорок, и я спущусь.
Анна слегка склонила голову:
— Будет исполнено, Ваше сиятельство.
Я повернулась к Софи, она уже разворачивала арсенал, при помощи которого собиралась делать мне прическу.
— Софи, голубое или изумрудное? — она оставила щетки и щипцы для волос, и мы одновременно кинулись к гардеробной, специально отведённой комнате, где уже висели мои наряды, а также отдельно за ширмой наряды, предназначенные для императрицы.
— Ваше сиятельство, может быть вот это бежевое с черными кружевами?
Я подумала немного.
— Да, ты права. Голубое и изумрудное слишком бальные, это я так растерялась, что готова была надеть всё лучшее сразу, так и пошла бы в двух. Бежевое — идеально. Шикарное и в то же время немного деловое. И не совсем открытое, кстати.
— Давайте, Мадлен, давайте, — поторопила меня Софи, подталкивая к туалетному столику.
Вскоре на моей голове возникла прическа, украшенная гребнем, усыпанным жемчугом. Софи взялась за пуховку, чтобы припудрить моё лицо.
— А это обязательно? — поморщилась я, ненавидя пудру от всей души.
— Обязательно! — строго ответила Софи, и я вздохнула, закрыв глаза.