— Любезный, вы не могли бы открыть? — посмотрев на свои руки попросила я, ибо сам бывший хозяин инициативы в этом направлении не проявлял.
— Дык пожалуйста. А на что вам?
— Да действительно, на что? — мысленно ухмыльнулась я и заглянула в образовавшуюся дыру.
Ну, погреб — это, прямо скажем, громко сказано… Так, ямка. Но вместить в себя мешка два-три картошки и мешок лука сможет. Придумать бы ещё, как утеплить дом в целом и заставить функционировать камин максимально эффективно.
На этот счёт, кстати, у меня уже крутилась в голове одна идейка.
В бытность мою театральным художником, помнится ставили мы как раз пьесу про Францию и что особенно удачно — как раз нынешней эпохи. Будучи очень дотошным специалистом, дабы добиться максимальной достоверности, я тогда весьма скрупулёзно изучала и моду и предметы быта нужного периода. Попадалась мне на глаза совершенно нелепая, на первый взгляд, чугунная конструкция, которой пытались усовершенствовать функционал каминов.
Какой-то там врач вроде как построил в Лувре камин с воздуховодами, которые проходили под очагом, позади него, а также над ним. Прохладный комнатный воздух входил в нижнее отверстие воздуховода, согревался и возвращался горячим в комнату через верхнее отверстие. Больше всего конструкция напоминала большую букву «Х», соединенную из труб.
— Это надо хорошенько обмозговать и в первую очередь воплотить в жизнь. Иначе я тут либо на одних дровах вылечу «в трубу», либо загнусь от какой-нибудь пневмонии на радость «сестрёнке». Нет уж! Обойдётесь! Назло всем наведу здесь красоту и буду злорадно раздражать вызывающе-счастливым видом.
Кстати, о красоте…
— Милейший, если я не ошибаюсь, к флигелю прилагается какая-то земля? — полуутвердительно спросила я.
— Дык, того-эта, прилагается… Как же не прилагаться-то? — садовник повёл меня на крыльцо и показал на клочок земли размером пять на пять метров, примыкающий к дому.
Приподняв брови, я поморгала ресницами на эту «роскошь» и решила сразу, что использовать сию «пашню» возможно исключительно в роли клумбы.
— Отлично. Воткну сюда цветочки — всё равно огородник из меня никакой. Поставлю уютное кресло, мольберт, и получится чудесная зона для релакса.
Решив, что для первого раза информации достаточно, я вежливо попрощалась с садовником, пообещав ускорить решение его вопроса о новом жилье, и отправилась на поиски сестры.
Бернардет вполне ожидаемо впала в экспрессивную истерику, с театральным заламыванием рук и закатыванием глаз, осознав, что так просто от меня не отделаться. Однако даже ей хватало мозгов понять, что воплотить условия завещания в данный момент совершенно невозможно. Ну не выселять же меня, в самом деле, к абсолютно незнакомому мужику на одну жилплощадь!