— Мне сделал предложение месье Болар, — и озвучила сумму, за которую он пытался меня сманить к себе.
Роза вскочила и энергично зашагала по кабинету, Места было немного, шагов туда-обратно получалось всего по четыре.
— Мадлен, вы знаете этого Болара? Это же потогонная лавочка! Он порядочный человек, я не сомневаюсь, что свои деньги вы получать будете, но… — тут она остановилась и, подумав секунду, произнесла:
— Я готова увеличить вам жалованье, — И она назвала сумму, вдвое превышающую моё нынешнее.
Вздохнув, я решительно, но отрицательно, покачала головой.
— Предлагаю взять на себя аксессуары, — с этими словами я достала листочки с эскизами, над которыми хорошо потрудилась.
С первого взгляда было ясно, что это вишенка на торте всей коллекции новых туалетов.
Роза профессиональным взглядом моментально оценила, насколько они хороши. Повисла пауза, во время которой даже, наверное, в соседней комнате было слышно, как стучат в её голове костяшки счёт.
Решив, что самое время идти до конца, я добавила:
— И ещё. Я бы с удовольствием вложилась в дело финансово, чтобы получить долю. Но у меня слишком мало денег на нормальный пай, потому хотела бы одолжить у вас. Под проценты, разумеется.
После этого я в принципе была готова к тому, что, учитывая крутой нрав мадам Бертен, завтра на самом деле выйду на новое место работы.
Однако, она задумчиво переводила взгляд с меня на эскизы и молчала. Во всяком случае, прямо сейчас она не собиралась указывать мне на дверь.
— Хорошо, Мадлен. Я даю вам деньги в долг, и вы получаете тридцать процентов партнёрских.
А вот теперь нужно было торговаться за каждый су, и я упрямо качнула головой:
— Шестьдесят процентов — я немного накинула сверх того, на что рассчитывала на самом деле.
Роза изумлённо рассмеялась:
— Ну и хватка, мадемуазель Мадлен! Давайте сойдёмся на сорока? По рукам?
Я безмятежно смотрела на свою работодательницу и будущего партнёра. В этом уже можно было совершенно не сомневаться — французы весьма экономная нация и всегда торгуются, но ее интерес в деле очевиден.
Поэтому я спокойно продолжила торг:
— Пятьдесят пять процентов, мадам Бертен, и ни одним процентом меньше. Я хочу быть уверена, что это — именно мои мастерские. И учтите, что денег понадобится не так и много. Мне вовсе не обязательно устраивать их в центре Парижа. Вполне подойдет и окраина. А вот продавать аксессуары вы сможете прямо в своем магазине, в коллекциях с одеждой. И я совсем не буду против, если на нашу общую цену вы накинете еще… ну, скажем процентов семь-восемь.
Роза прикусила губу. Ей явно не хотелось расставаться с властью и деньгами, но она понимала, что эта сделка принесёт ей довольно много.