Он даже не подозревает, что единственное, в чем я нахожу утешение, — это звук его бьющегося сердца.
Глава тридцать шестая
Простыни рядом со мной еще теплые, когда я просыпаюсь, но Сейбл ушел. Я сажусь в постели, оглядывая каюту, но его нет и за столом. Паника поднимается во мне, смешиваясь с печалью, которую приносит его отсутствие. Неужели он не знает, что нельзя оставлять женщину одну после проведенной вместе ночи?
Невежественный, неотесанный пи…
Дверь с грохотом распахивается, и Сейбл входит внутрь, держа в одной руке ведро, а в другой — тряпку. Он что-то ворчит себе под нос, прежде чем его глаза останавливаются на мне.
— А. Ты проснулась, — говорит он, подходя к кровати, ставя ведро и стягивая простыни с моего обнаженного тела, словно это самая естественная вещь в мире.
Мой резкий вздох заставляет его замереть на месте.
— Теперь ты решила поиграть в скромницу? — спрашивает он, приподнимая бровь. — Дорогая, прошлой ночью я был между твоих бедер. Я хочу привести тебя в порядок.
Жар приливает к моим щекам.
— Тебе не обязательно…
— Это меньшее, что я могу сделать, — перебивает он. — Пожалуйста. Позволь мне.
Сжав губы, я коротко киваю. Сейбл полностью убирает одеяло с моего тела, затем опускает руку в ведро и начинает обтирать меня. С нахмуренными бровями он сосредоточен на своем занятии, словно это самое важное дело на свете.
Закончив, он улыбается и снова накрывает мое обнаженное тело одеялом.
— Спасибо, — бормочу я, осторожно сжимая его руку.
Он подмигивает, но улыбка не достигает его глаз. — Это пустяки.
— Мне, наверное, пора вставать. Ты сказал команде, что я верну их тени?
— Да, — кивает он и встает, направляясь к своему сундуку с сокровищами. Я с удивлением наблюдаю, как он извлекает из него еще одно платье, которое я там раньше не видела.
— Пожалуйста, — он возвращается ко мне и кладет его на кровать перед собой. — Надень его сегодня. Я хочу видеть тебя в нем, хотя бы раз.
Платье не изумрудное и не синее. Оно самого нежного оттенка розового, который я когда-либо видела — настолько светлого, что он гармонирует с моими переливчатыми чешуйками.
— Откуда оно у тебя?
— Из моего сундука.
Я закатываю глаза.
— Ты понял, о чем я. Где ты его взял?
Он выпрямляется и проводит пальцами по волосам.
— Купил на рынках у нас дома.
Я приподнимаю бровь, осторожно проводя пальцами по прозрачным рукавам, лифу, кружевным деталям. Это самое красивое платье, которое я видела, оно превосходит даже изумрудное.
Уголки моих губ дрогнули в улыбке.
— Ты его достал? В смысле, купил?
— Нет. Я его украл, — уточняет он и кивает на платье. — Надень его.