— Это Жанна, — сказала я. — Я сопротивлялась.

— Плохо сопротивлялась, — сказала Ева одобрительно. — Растёшь.

И кот. Кот по имени Кнут, которого, как выяснилось, привезли отдельно, в специальной переноске, потому что «без Кнута не та атмосфера». Кнут выбрался из переноски, обозрел собрание, нашёл взглядом меня, потом Игоря, презрительно дёрнул хвостом — мол,опять эти двое и опять ничего не понятно — и пошёл укладываться ровно между нами, как делал в прошлый раз. У кота, видимо, была своя папка, и в ней наше с Игорём дело тоже не закрывалось.

* * *

Ужин превратился в то, что я могу описать только как координированную операцию по сведению двух взрослых людей, проводимую силами шести человек и одного кота.

Действовали они слаженно. У каждого была роль.

1.Жанна отвечала за грубую силу: она просто физически переставляла стулья, тарелки и людей так, чтобы мы с Игорём оказывались рядом, что бы мы ни предпринимали. Я пересела — рядом возник Игорь, передвинутый Жанной. Игорь встал у окна — Жанна принесла туда два бокала и сказала «постойте тут, тут сквозняк хороший». Сопротивляться Жанне было всё равно что сопротивляться приливу.

2.Полина отвечала за тонкую работу: она задавала вопросы. Невинные. «Варя, а вы любите за город?» (я: «не знаю». Игорь, неожиданно: «там тихо». Полина, удовлетворённо: «вот и Игорь любит за город».) Я не успевала отслеживать, как мои нейтральные ответы превращались в её устах в доказательства нашей с Игорём глубинной совместимости.

3.Ева отвечала за идеологию. Ева просто время от времени роняла в пространство фразы вроде «вообще-то самые крепкие пары — это два сложных человека, которые друг друга боятся» или «знаете, что хуже всего? когда два умных человека из гордости упускают друг друга», и смотрела при этом в потолок с видом философа, размышляющего о вечном, а не о сидящих напротив конкретных дураках.

4.Кирилл отвечал за статистику. Кирилл — финансист, и он, кажется, единственный воспринимал происходящее как нормальный человек, отчего был мне особенно мил. В какой-то момент он наклонился ко мне и сказал тихо, по-дружески:

— Не сопротивляйтесь. Я сопротивлялся. Год. Знаете, чем кончилось? — Он кивнул на Еву. — Вон тем. И, между нами, этолучшее , что со мной случилось. Так что экономьте силы.

* * *

В разгар вечера Глеб — молчаливый Глеб, от которого я за весь вечер слышала слов пять, — вдруг обратился к Игорю через стол.

— Игорь, — сказал он. — Помнишь, ты мне год назад сказал одну вещь?

Игорь напрягся. Я уже умела читать, когда он напрягается, — это очень незаметно, но я умела.