Это, как говорит одна знакомая мне следователь, ссылаясь на источник, который не называет, —улика.
А улики я привык доводить до конца.
Глава 10. Смотрины
В пятницу меняпохитили .
Я выбираю слово «похитили» сознательно, как юрист и как пострадавшая. Потому что то, что Жанна назвала «просто заедем к Соне на часик, девочки соберутся, посидим», по всем признакам состава было похищением: меня лишили свободы передвижения (Жанна везла на своей машине, центральный замок, не выскочишь), ввели в заблуждение относительно цели («на часик») и доставили в место, где меня ждали с заранее обдуманными намерениями.
Намерения я почувствовала с порога. Так чует засаду зверь, у которого уже простреливали бок.
Открыла нам женщина, которую я сразу опознала как ещё одну свою породу.
Невысокая, тихая, в очках, с тем спокойным внимательным взглядом, которым обладают двое типов людей: следователи и те, кого следователи никогда не могут расколоть. Она оглядела меня за полсекунды — быстро, точно, по мелочам — ровно так, как это делаю я, как делает Ева, как делает Игорь. Я начинала подозревать, что попала в какой-то закрытый клуб людей, которые видят тебя насквозь, и что вступительный взнос у них — твоя личная жизнь.
— Соня, — сказала женщина.
— Варя, — сказала я. — И прежде чем мы начнём: я знаю, зачем меня сюда привезли.
— Зачем? — спросила Соня с интересом исследователя.
— Свататься, — сказала я. — Это смотрины. Я следователь. Я вижу засаду.
— Это не смотрины, — сказала Соня серьёзно. — Смотрины — это когда невесту показывают жениху. А у нас жениха нет. У нас есть мужчина, который думает, что он тут случайно.
И отступила, пропуская меня внутрь, где за накрытым столом уже сидела вся честная компания — и в углу, с бокалом, к которому он не притрагивался, стоял Игорь Корсаков с лицом человека, которого тоже сюда «просто на часик».
* * *
Должна сказать, операцию они провернули чисто. Я бы сама лучше не спланировала.
К моменту, когда я поняла масштаб, отступать было поздно: меня усадили за стол, между Полиной и какой-то новой женщиной, налили вина (я была не за рулём — Жанна предусмотрела даже это, коварная), и закуски пошли по кругу с такой скоростью, что встать и уйти означало бы устроить международный скандал с участием оливье.
Во главе стола сидел мужчина, которого мне представили как Глеба — Сонин муж, судя по тому, как они не смотрели друг на друга специально, чтобы не выдать, как смотрят обычно. Сдержанный, с холодноватым лицом, которое теплело ровно на один градус, когда Соня проходила мимо. Я отметила это профессионально и позавидовала по-человечески.