— Я работала, — сказала я. — Я не пялюсь. Янаблюдаю . Это разные вещи.
— Угу, — сказала Ева. — Игорь тоже «наблюдал». Он у нас профессиональный наблюдатель, полжизни этим занимается. Но так, как он наблюдалтебя , он не наблюдал ещё никого и никогда.
— Ева, — мягко сказала Полина, но было видно, что ей самой смешно.
— Что «Ева», я правду говорю, — сказала Ева. — Варвара Андреевна, я тебя предупреждаю по-человечески, потому что ты мне нравишься. Этот человек —крепость . Стена. Я его знаю сто лет, и я ни разу не видела, чтобы он на кого-то так смотрел. Так что либо забудь, либо берись всерьёз.Серединки с ним не бывает.
— Я веду дело о брачном аферисте, — сказала я. — Мне сейчас не до крепостей.
— Ну-ну, — сказала Ева и переглянулась с Полиной, и Полина опять спрятала улыбку в чашку.
И я поняла, что попала.
Не в смысле дела. В смысле —попала . В поле зрения трёх женщин, которые теперь не отстанут. Я это поняла так же ясно, как чувствую запах сирени на пальто и фальшь в чужом голосе.
* * *
Домой я вернулась поздно, с папкой, полной новых деталей, и с неприятным ощущением, что сегодня допрашивала не только я.
Я села на кухне, достала из тумбочки книжку — ту самую, с женщиной и собачкой на обложке, которую я не показываю никому, потому что серьёзному следователю не положено, — и открыла на середине, где сыщица как раз вычисляла брачного афериста по тому, что он «слишком хорошо умел слушать».
«Слишком хорошо умел слушать», — записала я себе. А что, мысль. Мой винодел тоже слушал. Жанна весь обед повторяла: «он меня слушал так, как меня никто не слушал». Аферисты —лучшие слушатели на свете . Им за это платят.
Я закрыла книжку, заварила чай и поймала себя на том, что думаю не о виноделе.
Я думаю про угол. Про мужчину в углу с бокалом, к которому он не притрагивается. Про то, как глупо я соврала «нет», когда они спросили, — слишком быстро, слишком ровно. Я сама бы такому «нет» не поверила ни на секунду.
Я помнила его. Конечно, я его помнила.
Я следователь. Я помню всех. Тем более тех, когоне смогла прочитать . Их, к счастью, мало.
Он был —один .
И я очень, очень надеялась, что это дело никаким боком не приведёт меня туда, где стоит в углу человек, на котором впервые в жизни сломался мой главный профессиональный навык.
Спойлер, как пишут в моих книжках с собачкой на обложке:надеялась я зря .
Глава 3. Крепость
Все четыре знакомства начались в местах, куда «кого попало не пускают». Я решила, что меня как раз пускают куда попало, — это, в конце концов, моя работа.
Из четырёх точек я выбрала ту, что в деле всплывала дважды: закрытый клуб-галерея в одной из башен Сити. По вечерам там «для своих» — вино, картины, которые никто не покупает, и состоятельные одинокие люди, которые делают вид, что пришли за картинами. Идеальный пруд для моего афериста. Тёплая вода, жирная рыба, и никто не ждёт сачка.