Окончательно. С поличным. Без смягчающих.
И, как ни странно, чувствовала себя при этом не проигравшей.
Чувствовала себя — впервые за очень, очень долгое время —выигравшей .
Это, конечно, был не конец истории. Я же следователь, я знаю: когда всё слишком хорошо в середине дела — значит, развязка приготовила тебе сюрприз, и обычно неприятный.
Но в то утро я об этом не думала.
В то утро я просто напевала в лифте и была счастлива.
Дура. Носчастливая .
И, как сказала бы моя любимая сыщица, — это были лучшие страницы дела. Жаль, что в середине. Самое интересное в детективах всегда портится ближе к концу.
Глава 19. Играем пару
Чтобы взять «Артура» на передаче денег, мне нужно было знать, как эта передача устроена. А узнать это можно было только в одном месте — там, куда меня позвал он сам.
«Артур» решил, что я созрела. После того как он назвал сумму и сроки, он сделал следующий ход: пригласил меня на «закрытый вечер для своих» — камерный приём в частном особняке за городом, где, по его словам, «соберутся люди, с которыми стоит быть знакомой», и где он представит меня «нужным партнёрам по тому самому делу». Иными словами, он вёл меня в свою декорацию. Туда, где жертве показывают красивую картинку, чтобы окончательноусыпить .
Я была счастлива. Это был мой шанс увидеть кухню изнутри: кто с ним работает, как обставлена «инвестиция», где и когда планируется передача. Всё, что мне нужно для поимки, лежало за дверью этого особняка.
Была одна проблема. На «вечер для своих» не приходят одни. Приходят парами. Одинокая женщина на таком приёме — как следователь в кустах сирени: видно за версту, что что-то не так.
Мне нужна была пара.
И — да, я знаю, о чём вы подумали. Я три месяца изображала перед «Артуром» одинокую женщину, которую он обхаживал как будущую жертву. С чего вдруг эта одинокая женщина является на его вечер под руку с двухметровым мужчиной? Не спугнёт ли это ухажёра?
Не спугнёт. Раззадорит.
Я это просчитала, и просчитала правильно — в кои-то веки не по Донцовой, а по учебнику. Брачный аферист — хищник. А хищника лёгкая добыча усыпляет, но по-настоящему заводит добыча, которую вот-вот уведут. Если у «одинокой Варвары» вдруг нарисовался мужчина — значит, окно закрывается, значит, надо дожимать быстрее, пока не поздно. Ревнивый хищник торопится. А тот, кто торопится, делает ошибки. Мне нужна была его ошибка. Я шла её спровоцировать.
Плюс — что греха таить — в особняк за городом, полный незнакомых людей и неизвестно чего, я при всём упрямстве не рвалась соваться одна. Один раз я уже сунулась одна. В подъезд. Хватило.