Которые пошлисовсем не так , как было написано в моём идеальном плане.
Глава 26. Десять минут, которые пошли не так
Первые восемь минут всё шлоидеально .
«Артур» подошёл, поцеловал мне руку, сказал, что я сегодня особенно прекрасна — он всегда говорил, что я особенно прекрасна, у него это было как «здравствуйте». Мы сели за столик уличного кафе в атриуме, у самого фонтана, на виду у всех и в то же время будто наедине — он умел создавать это ощущение интимности посреди толпы, профессионал.
Я играла свою роль. Лёгкое волнение женщины, которая решилась на большой шаг. Сумка с деньгами на коленях. Я говорила нужные слова, он отвечал нужными словами, и где-то в наушнике тихо дышал Седых, и где-то в толпе ждала группа, и всё было готово к финалу.
— Вы принесли? — спросил он наконец, мягко, как спрашивают о чём-то деликатном.
— Принесла, — сказала я и чуть отодвинула сумку по столу к нему. — Здесь всё, как вы сказали.
Вот он, момент. Сейчас он возьмёт сумку — передача из рук в руки, состав, — я поправлю волосы правой рукой, и через три секунды двадцать человек сделают то, ради чего я положила на это дело три месяца жизни.
Он потянулся к сумке.
Изамер .
* * *
Я до сих пор не знаю, что его насторожило. Может, мой пульс — я слишком держала лицо, а слишком держать лицо тоже подозрительно. Может, кто-то из группы дёрнулся раньше времени. Может, просто то нечеловеческое чутьё хищника, которое держало его на свободе годами и которое не объяснить никакими протоколами. Игорь предупреждал. Я не дослушала.
«Артур» не взял сумку.
Он посмотрел на меня — и я увидела, как за одну секунду с его лица сползает обаяние. Просто сползает, как маска, под которой оказывается совсем другое лицо. Холодное. Быстрое. Опасное. Лицо человека, который вот прямо сейчас понял, что попал, и уже просчитывает все пути к двери разом.
— Варвара, — сказал он тихо, и голос у него стал другой. — А ведь вы мне нравились.Жаль .
И всё случилось очень быстро.
Я потянулась к волосам — подать сигнал, поздно, но подать, — а он оказался быстрее. Он всегда был на шаг впереди, я это знала, и всё равно не успела. Он рванулся ко мне через стол, и в следующую секунду я уже не сидела, а стояла, вздёрнутая на ноги, спиной к нему, и его рука держала меня поперёк, прижав мои руки к телу, а у моего горла было что-то холодное и тонкое.
Нож. Маленький, складной, незаметный — он пронёс его, конечно, пронёс, я же видела, как он сканировал зал, он всё рассчитал, у него всегда был запасной план, у такихвсегда есть запасной план.
— Все стоят, — сказал он громко, спокойно, не мне — залу. — Я вижу вас всех. Группа захвата, я вас вычислил ещё на входе. Парень с пакетами, парочка, женщина с коляской — стоять. Один шаг — и у вашего следователя будет очень плохой день. Я ухожу. Она идёт со мной до выхода. Потом я её отпущу. Все живы, все довольны. Не геройствуйте.