И мы дотанцевали. Красиво. На зависть всему залу и одному аферисту, который думал, что любуется добычей, а любовался двумя охотниками, забывшими на три минуты, что они на охоте.

* * *

Дальше мы работали.

И вот это «мы» оказалось наслаждением, которого я не ждала. Мы работали в четыре руки, не сговариваясь, читая друг друга с полувзгляда. Я вытягивала «Артура» на разговор о «деле» — он, обнадёженный моим интересом и слегка расслабленный безобидным спутником, говорил больше, чем стоило. Игорь в это время «скучающе» бродил по залу с бокалом, а на самом деле — я знала — фотографировал глазами всех: кто с кем, кто охрана, где входы, кто из гостей настоящий, а кто такая же декорация, как «инвестиция».

К концу вечера у меня было главное.

Передача денег была назначена. Через неделю. «Артур» в доверительной беседе, под хорошее вино, обмолвился о «дне, когда всё оформим» и о месте — нейтральном, людном, что характерно для умного хищника: на людях жертва не устроит сцену, а если что-то пойдёт не так — легко раствориться в толпе. Он даже не понял, что сдал мне финал. Он думал, что заманивает. А заманивали —его .

Я поймала взгляд Игоря через зал. Едва заметно кивнула: есть. Он так же едва заметно кивнул в ответ: понял, уходим.

Мы умели разговаривать через комнату, не открывая рта. Это, между прочим, и есть близость — когда вам не нужны слова, потому что вы и так читаете друг друга. Я раньше думала, что близость — это когда много говорят. Оказалось, наоборот. Близость — это когда можномолчать в четыре руки и понимать всё.

* * *

В машине, отъехав от особняка, мы оба выдохнули.

— Получилось, — сказала я. — Через неделю. Место людное. Я возьму егона передаче .

— Получилось, — согласился Игорь. И замолчал. Не рабочим молчанием. Другим.

— Что? — спросила я.

— Мне не понравилось, — сказал он, — как он на тебя смотрел.

— Корсаков, мы это уже проходили. Ты ревнуешь к человеку, которого я через неделю…

— Не в этот раз, — перебил он. И это «перебил» было странно — он меня не перебивает, он ждёт. — В этот раз не ревность. В этот раз я смотрел на него как профессионал. И мне не понравилось, что я увидел.

Я подобралась.

— Что ты увидел?

— Что он лучше, чем мы думаем, — сказал Игорь. — Я весь вечер смотрел на него и не смог его прочитать до конца. А я читаю всех. — Пауза. — Я не смог прочитать двоих за всю жизнь. Первая — ты. Второй — он. И если ты — потому что я… — он не договорил, — то он — потому что он действительно опасен. По-настоящему. Не аферист, играющий в опасного. Аопасный , играющий в афериста.