Внезапно Холланд отчаянно захотелось найти Профессора, чтобы спросить, знала ли она Адама Бишопа. Но на это не было времени. Как только Холланд выйдет из лифта, ей придется решать, отправиться на поиски Адама или же найти Сердце Алхимика самой.
Холланд запустила лифт. Теперь Чанс выглядел так, словно не хотел выпускать ее из виду. Холланд не была уверена, как сможет выпутаться из случившегося, при этом снова не ранив его.
К счастью для Холланд, Чанса Гарсию было легко узнать даже в костюме пирата. Через несколько минут после того, как они вышли из лифта, люди стали просить сделать с ним селфи. Так Холланд и ускользнула от друга.
Гости, которые раньше были навеселе, теперь стали пьяными. Пол под ногами Холланд казался липким, все вокруг пахло ликером и сахаром, а то, что раньше было джазовой музыкой, звучало просто как шум.
Холланд услышала знакомый смех и, обернувшись, увидела у входа в бальный зал Кэт, разговаривающую с Эйлин. Холланд почувствовала укол вины за то, как ранее рассталась с Кэт, но сейчас она не могла рисковать и обращаться к кому-либо из друзей. После того как она найдет Сердце –если она его найдет, – она обязательно загладит вину перед ними.
Холланд почти дошла до комнаты отдыха – игорного зала и коктейль-бара, где располагался кегельбан, – когда поняла, что понятия не имеет, где искать. Но потом она вспомнила слова из записки отца.
У тебя уже есть все, что нужно. Осталось только это увидеть.
Холланд могла это сделать. Возможно, она не раскрыла тайну того, как умерли ее родители, но зато подтвердила, что ее отец был замечательным человеком. Все, кого она встречала в этой охоте за сокровищами, говорили о Бене Тирни с уважением и теплотой, поэтому Холланд не только гордилась отцом, но и чувствовала себя ближе к нему.
Бен был хорошим человеком.
У него было доброе сердце, и он был одним из тех редких людей, которые с годами только лучше им пользовались.
Бен был настоящим профессионалом. Умный. Заботящийся о ходе повествования. На мой взгляд, он был из тех дальновидных рассказчиков, которых редко встретишь.
Если ее отец верил, что она справится, значит, так оно и было. Холланд верила в отца, а он верил в нее.
Музыка стихла, как только Холланд вошла в игорный зал. Внезапно она почувствовала себя так, словно попала в папин незаконченный фильм. Шары катились, кегли падали, а люди в разнообразных костюмах потягивали коктейли, словно те были газировкой. В честь праздника двойные дорожки были выкрашены в зеленый, а на все шары были наклеены однозначные номера, отчего каждая дорожка напоминала гигантский бильярдный стол.