– Нам нужно убираться отсюда.
– Это ненастоящее привидение, – проворчала Холланд.
– Я не боюсь простыни на дереве.
– Отлично, потому что мы не можем уйти.
Тень накрыла лицо Гейба.
– Помнишь, я говорил, что, если скажу, что нам пора уходить, мы уедем? – Он схватил ее за запястье и потянул.
Однако Холланд зарылась пальцами ног в коврик у двери и не сдвинулась с места.
– У нее есть тетрадь. Профессор называет ее священным ежедневником. Она записывает в него все мифы и легенды для занятий, а также те, которыми предпочитает не делиться со студентами. Возможно, там хранится информация, которая поможет нам отыскать Сердце Алхимика.
– Ты знаешь, где она его хранит? – Гейб, похоже, заинтересовался, хоть и против собственной воли.
– В библиотеке, в задней части дома.
– Так ты собираешься к ней вломиться? – Он сунул руку под пиджак. Холланд не сразу поняла, что он делает, пока не увидела отчетливый отблеск металла.
– О нет! Никакого оружия.
– Мы же вламываемся в дом.
– Мы не будем вламываться. Я знаю, где лежит запасной ключ.
Гейб, казалось, хотел возразить, но Холланд не могла позволить ему победить в этой схватке.
– В доме никого, а если кто-то нас и застукает, то, скорее всего, это будет пожилой сосед. Ты убьешь чью-то бабушку. Ты что, правда хочешь стать Гейбом – убийцей бабушек?
Он посмотрел на нее так, словно никогда не слышал более нелепых доводов и не видел более нелепого человека. Однако все же оставил пистолет спрятанным под пиджаком.
Опавшие листья липли к ногам Холланд, когда она вошла на задний двор Профессора. Днем он был полон цветов и журчания фонтана. Но этим вечером здесь слышался только тревожный стук стеклянных лампочек, бьющихся друг о друга из-за ветра.
Холланд часто задавалась вопросом: окажись ее жизнь фильмом, к какому жанру он бы относился? Детство, проведенное в Северной Калифорнии, на ферме тети и дяди, напоминало ей одну из тех драм, которые получили множество наград, но казались немного замедленными и скучными. Холланд поклялась, что, когда вырастет, ее жизнь превратится в телевизионное шоу с насыщенными красками, веселой поп-музыкой и множеством поцелуев.
Именно по такому пути она шла до того, как услышала о занятиях Профессора.
Холланд не была уверена, в каком жанре жила сейчас, но цвета стали более мрачными, не было никакого попсового саундтрека, а поцелуев оказалось совсем немного.
Ее взгляд скользнул к Гейбу.
Стоять так близко к этому мужчине было все равно что свернуть не туда на улице с односторонним движением. Она определенно не хотела целовать Гейба, но на мгновение не смогла думать ни о чем другом. Поцелуй не был бы нежным. Он крепко обнял бы ее. Так крепко, что стало бы больно. Так крепко, чтобы она не разбилась вдребезги, пока он не отпустил бы внезапно и резко. Тогда от нее остались бы только осколки. Такие парни, как Гейб, ломали таких девушек, как Холланд.