Она с удовольствием принимала от меня маленькие презенты, но ни разу даже не попыталась заглянуть в святая-святых дома — мой кабинет. Она взяла на себя всю светскую переписку, подобрала недостающую прислугу, выстроила вполне удобный для меня график визитов. Всего через месяц я уже перестала понимать, как раньше жила без нее!
Через девять дней после беседы с сыщиком я получила полный отчет о дальнейших действиях моих «родичей».
В следствие разговора с месье Лавуа, муж сестры счел за благо переехать на некоторое время в деревню для поправки здоровья. Чьего именно здоровья — не уточнялось. Возможно, нервы бедного месье были расстроены бесконечно воющими животными в его собственной псарне. Собак ему пришлось продать — это слишком дорогое удовольствие.
В течение недели он закончил еще какие-то дела в Париже и отбыл в сопровождении рыдающей Бернардет в скромной дорожной карете.
Слуги сообщали, что между супругами прошла серия шумных скандалов, в которых муж упрекал жену в том, что она сгубила его жизнь, а жена верещала о недопустимой скупости супруга.
Уже по таким сведениям можно было догадаться, что сестрицу ничто не исправит. Так что я не жалела о том, что сделала. Зато себя я обезопасила надолго. Кроме того, думая о деревенской скуке и тоске, я надеялась, что у нее появится ребенок и поможет ей стать немного менее эгоистичной. Кто знает?
Городской дом четы Мюлан был выставлен на продажу, что говорило о том, что владельцы если и вернутся в Париж, то очень и очень нескоро.
С теткой, мадам Туссе, все было и проще, и интереснее. Один из ее содержателей был весьма высокопоставленный человек, обладающий в провинции огромной властью, отличающийся, к тому же, злопамятным нравом.
Посему Матильда, отложив на длительный срок, а может, и насовсем свои планы, написала под бдительным присмотром месье Лавуа два письма для своих любовников, где объясняла, что серьезно больна и по совету врачей мечтает провести свои последние дни, любуясь на меловые скалы Истборна и дыша морским воздухом.
Мадам Туссе дождалась от них ответов с прощальными подарками и была посажена на судно, идущее в Англию, людьми месье Лавуа. У нее и в самом деле там, в районе курорта Истборн, был крошечный домик.
Конечно, изрядно разорив свои деревни и опустошив наследство после мужа, вдова сможет вести только самую скромную, зато очень благочестивую жизнь. Ну, или завести еще пару любовников. Только теперь англичан. Главное, делать это все она будет подальше от Франции.
Я выдохнула и постаралась навсегда выбросить из головы этот гадюшник со змеями, который судьба мне подсунула бонусом во второй жизни. Пожалуй, никаких бонусов мне и не нужно — сама все заработаю.