Точно такой же хлеб я попробовал на историческом фестивале, – подумал он. –Почти два месяца назад!
Он вспомнил, как ждал под палящим солнцем, пока из печи для пиццы достанут свежеиспечённый хлеб. Вспомнил, что говорила мама.Древние римляне не ели пиццу .
– Пицца! – воскликнул он. – Эй, погоди. Остановись на минутку.
Он опустил на землю свой край тяжеленного горшка, вытащил из-за пояса стилос и принялся писать, выцарапывая буквы на утоптанной твёрдой земле:
П… И… Ц… Ц…
– Забудь свою глупую писанину, – нетерпеливо проговорил Марковий. – Пошли смотреть на пресс.
– Не забуду! – огрызнулся Перри. – Если я не…
Он дописал слово и вовсе не удивился, что ничего не произошло.
– Ладно, – вздохнул он и снова встал.
В этот миг из ворот рабочего двора выскочила Валентия.
– Вот вы где! – крикнула она. – А я вас ждала! Пойдёмте скорее, они уже начинают. – Она крутанулась на месте и побежала обратно во двор.
Мальчики посмотрели на горшок с цитроном, бросили его и помчались следом за Валентией.
На рабочем дворе было шумно. У дверей маслобойни собралась взволнованная толпа. Там были все рабы с кухни: и Абита, и Поппиллий, и Даннорикс, и Лоллий…
– Пропустите меня! – по-командирски крикнула Валентия.
– И нас! – добавил Марковий и поспешил следом за ней, увлекая за собой Перри.
Они пробились сквозь толпу. Перри заглянул внутрь и увидел огромную балку, тянувшуюся через всё помещение. Один конец балки был закреплён в каменной стене давильни, с другого спускался большой деревянный винт.
Перри расплылся в улыбке.
Внизу винт был притянут железными скобами к тяжёлому камню – тому самому, с лишним отверстием.
Под балкой стояли корзины с растёртыми в кашу оливками, готовые к выжимке масла. Но ничего не происходило. Старший маслобойщик и главный винодел стояли рядом с Максимом и хмурились, глядя на новое приспособление.
– Я всё ещё не понимаю, как оно будет работать с винтом вместо рычага, – пробормотал маслобойщик.
Максим улыбнулся.
– Работать будет. На севере все так делают.
Два раба застыли в ожидании по двум сторонам от гигантского винта, упираясь руками в длинные горизонтальные рукоятки-рычаги.
– Приступайте! – велел им Максим. – Толкайте.
Мужчины двинулись по кругу, и деревянный винт начал вращаться.
Маслобойщик упёр руки в бока.
– Мне всё равно непонятно, как, ходя по кругу, можно что-то выжать… – начал он.
И тут вся толпа дружно ахнула. Медленно, со скрипом и скрежетом, тяжёлый камень оторвался от земли, и его вес передался на пресс.
– Работает! – крикнул Марковий.
Все остальные тоже закричали и стали показывать пальцами на пресс, а Валентия засмеялась и захлопала в ладоши.