Но даже при такой форе Марковий не мог опередить Перри. Тот летел по дорожке как вихрь, серый плащ развевался у него за спиной.
– Ты слишком быстрый! – рассмеялся Марковий, когда Перри его обогнал.
Они свернули на улицу, ведущую к рынку, и Перри натянул на голову капюшон. Пошёл дождь.
Им навстречу двигалась процессия, во главе которой шествовали музыканты, они дули в трубы и какие-то длинные деревянные свистки.
– Ещё одни похороны, – сказал Перри.
Похоже, в Арелате часто происходили похороны. Он уже научился различать скорбную похоронную музыку и толпы специально нанятых плакальщиков, которые шли вслед за гробом, рвали на себе волосы и голосили на все лады.
– А вот и покойник, – указал пальцем Марковий.
Как обычно, тело ещё не положили в гроб. Оно лежало на деревянной кушетке, на открытых, украшенных гирляндами носилках, которые несколько мужчин несли на плечах.
Перри не нравилось смотреть на покойников, но он всё равно посмотрел.
– Это мальчик! – воскликнул он. – Это… Лепид!
Они с Марковием дружно ахнули и уставились друг на друга.
– Так вот почему его не было в школе уже несколько дней, – сказал Марковий. – Он умер!
Перри почувствовал, как к горлу подкатывает горячая, кислая волна.
– Интересно, от чего? – сказал Марковий.
Перри сглотнул, изо всех сил стараясь сдержать тошноту.
Наёмные плакальщики прошли мимо, и теперь мальчики увидели настоящих скорбящих: мужчину с белым лицом и стиснутыми челюстями, рыдавшую в голос женщину, высокую девушку с тонкими чертами лица, как у Лепида, но с красными и опухшими от слёз глазами…
Перри отвернулся и надавил на глаза кулаками. Через две недели, если он не сумеет предотвратить беду, Валентия будет лежать на такой же кушетке, а за носилками пойдут скорбящие Максим и Доната…
Нет! Он этого не допустит.
– Мы тут промокнем, если будем стоять, – сказал Марковий. – Пойдём.Эйя , ты чего? Разве у вас в будущем нет мертвецов?
– Конечно, есть. Но обычно это не дети.
Перри попытался вытереть глаза подолом плаща, но тот был слишком мокрым.
– Послушай… Мне надо открыть тебе ещё один секрет, – сказал он.
Он больше не мог держать в себе страшную правду.
– Я знаю, – сказал Марковий. – На самом деле ты не из будущего, ты всё это выдумал!
– Нет. – Перри слабо улыбнулся и сделал глубокий вдох. – Я из будущего, и у себя в будущем я видел гроб Валентии, и… там было написано, что она умерла, когда ей было одиннадцать лет, два месяца и один день!
Глаза Марковия стали круглыми, как два теннисных мячика.
– Отец-Юпитер! – воскликнул он.
Перри сжал кулаки.
– Но она не умрёт, – решительно заявил он.