— Вот именно, — Макс смотрит прямо в глаза. — Взрослая. А ты слежку ей устроил. Я таких мужиков вижу, Волков. У самих рыло в пуху, а бабу на цепь сажают.
— Ты не охренел, командир? — делаю шаг вперёд. — Решил мою жену обсудить?
— Я тебя обсуждаю, — он даже не дёргается. В другой бы ситуации я бы даже зауважал его. — Она с подругой встретилась, а ты ей уже трибунал устроил.
Я молчу. Перевариваю. Ярость чуть притупляет уровень восприятия.
— И да, — продолжает Макс, не давая мне вставить слово, — я знаю, что ты за ней следил. Хуёво прячешься, боец. Я твою тачку ещё из кафе увидел. А дальше сложил два и два.
Смотрит прямо в глаза. Не пытается увильнуть. Скрыть что-то. Сука, что-то всё равно не даёт покоя. Выворачивает меня. С хуя ли такому как Макс, явному гуляке, вечер воспоминаний в компании такой, как Соня устраивать? Что-то Карину я там не наблюдал.
— Я не лезу к твоей жене, — продолжает спокойно. — У меня своих телок хватает.
— Не лезешь, но что-то я твою двоюродную сестру там не наблюдал.
— Блять, Ренат, не знал, что ты такой ревнивый. Теперь понятно, почему у Сони весь вечер потухший взгляд был.
Я сжимаю кулаки. Вспышка ярости застилает глаза, но я держусь. Потому что если вмажу командиру в первую же неделю — вылечу с контрактом к хуям. И тогда что? Квартира служебная, деньги, защита — всё накроется. А она останется одна. В чужом городе. С моим ребёнком.
— Она моя жена, Макс. У нас будет ребёнок.
— Она твоя по документам. А по жизни — сама решит, с кем ей дружить и кого видеть. Уясни.
Он хлопает меня по плечу, пресекая попытки что-то ответить. Резко разворачивается, давая понять, что не намерен больше объясняться. Дергает ручку двери на себя, впуская хохот ребят в коридор из раздевалки.
Я к стене прислоняюсь. Облажался по полной. Следил, ревновал, чуть не сорвался, а она просто встретилась с подругой и её братом.
Или не братом?
Мысль колючая, противная. Но я гоню её прочь. Потому что точно ничем хорошим моё сотрудничество с Максом не закончится.
Провожу рукой по лицу и следом за Максом захожу. Пацаны уже строятся, готовятся к выходу. Макс стоит во главе, спокойный, собранный. Кидает на меня быстрый взгляд, но ничего не говорит.
— Нормас? — тихо бросает мне Демид, когда я рядом с ним становлюсь.
— Нормас, — отвечаю ему, глядя на своего командира, который что-то увлечённо объясняет.
Сука! Что же так выворачивает меня?!
Глава 23
Соня
Телефон в руке тяжелый, как кирпич. Экран горит знакомым именем — «Мама». Я смотрю на него уже минуту, наверное, может, две. Пальцы не слушаются, дыхание сбивается.