— Я… — запинаюсь, потому что точно не знаю, что именно должна ответить. Никто не знает, что Макс — мой друг. Сейчас он командир Рената. И я не уверена, что будет прилично танцевать с ним, пока муж отошел.
— Я командир твоего мужа. Отказать мне — плохая примета. Хотя я могу и приказать, но… надеюсь, до этого не дойдет.
В его глазах — усмешка. Рядом сидящие ребята переглядываются.
— Да ладно, Сонь, иди! Чего так зажиматься? — выкрикивает Костя. Один из немногих, кто сегодня пил спиртное.
Макс шаг ближе делает, протягивает мне руку.
— Пошли?
Как думаете, согласится Соня на танец или же мягко откажет командиру своего мужа?
Немного горячего от Рената и Сони:)))
Не забудьте поставить роману лайк, ребята и автор очень стараются)
Глава 30
Бросаю взгляд в сторону Рената. Он повернут спиной к нам, разговаривает с Антоном и еще двумя ребятами из команды, даже не смотрит в нашу сторону.
Медленно, нерешительно, я встаю. Макс берет меня за руку — вежливо, ненавязчиво, без намеков, и ведет к танцполу.
Музыка обволакивает, басы пульсируют где-то в груди. Мы выходим на площадку, и Макс разворачивает меня к себе. Его рука ложится на мою талию — уверенно, но без лишней фамильярности. Пальцы длинные, сильные, но не сжимают, только обозначают присутствие. Другая рука переплетается с моей, приподнимая на уровень плеча.
Контраст между ним и Ренатом слишком яркий. Прикосновения мужа собственнические, почти животные. Когда он касается меня, воздух словно разом выбивает из легких, сердце замирает, а потом начинает биться так, что стук отдается в висках. Он не спрашивает, не дразнит — он берет. И от этого кружится голова. От этого возникает чувство опасности, страха и безопасности. Все происходит одновременно.
Макс держится уверенно, показывая, кто именно главный, но без напора. Его руки не давят, не требуют. Они просто держат, ведут, и в этом нет ни вызова, ни намека, ни того бешенства, которое я чувствую от Рената. С ним легко. Но в этой легкости нет того огня, от которого плавится всё внутри.
Я чувствую на себе взгляды. Чьи-то — любопытные, чьи-то — оценивающие. И один — тяжелый, прожигающий спину. Я знаю, чей он. Но не оборачиваюсь.
Макс ведет меня в танце, и я позволяю. Потому что он — командир мужа. Потому что отказать было бы неудобно. Потому что Ренат сам отошел, сам оставил меня одну.
— Ты напряжена, — тихо говорит Макс, наклоняясь к моему уху. — Я не кусаюсь.
Он чуть отстраняется, смотрит сверху вниз. В его глазах — легкая усмешка. В них нет того, что я видела у Рената ночью. Нет голода, нет похоти. Только спокойная уверенность мужчины, который знает, что делает.