Всё внутри замирает от омерзения. От того, как ловко и цинично она играет на всех моих больных местах: на моей вине перед Соней, на моей злости на себя, на воспоминании о том, что когда-то — очень недолго — я думал, что она та самая.
— Проваливай, Арин, — произношу, глядя ей прямо в глаза.
Она не двигается с места. Её рука скользит вниз, по мышцам пресса, останавливается на пряжке ремня.
— Ренат… — её шепот теперь прямо у моего уха, губы почти касаются кожи. — Один раз. Последний. В качестве… моего подарка тебе на свадьбу. Чтобы ты помнил. Чтобы знал, что есть женщина, которая хочет тебя просто так. Без обязательств. Без слёз. Без лжи.
Её пальцы находят металлическую застёжку. Умелые руки выдергивают из петель тяжелый металл. Тихий щелчок разрезает напряжённую тишину. Другая её рука опускается ниже, ладонь ложится на мое бедро, тёплый вес обещания сквозь ткань джинсов.
Всё тело отвечает ей диким напряжением. Память мгновенно подбрасывает кадры прошлого. Её смех, её гибкость в темноте, простота, с которой всё происходило тогда. Нет этой давящей тяжести вины, ответственности, лжи. Только тепло, знакомый сладкий запах, и обещание забвения.
Медленно выдыхаю. Всё во мне кричит противоречиями. Наши взгляды встречаются в сантиметре друг от друга. В её расширенных зрачках я вижу собственную тень, которая дико желает этого.
Она прижимается всем телом, чувствуя мою эрекцию. Проводит языком по алым губам, привставая на цыпочки, чтобы дотянуться до моего лица.
Я перехватываю её голову, зарываясь пальцами в её гладко выпрямленные шоколадного оттенка волосы.
— Только один раз, — она часто дышит, глядя с похотью на меня. — Последний. Пусть это будет наш последний раз.
Она чуть вперед подается, смыкая губы на моей нижней губе.
Глава 7
Соня
Его квартира. Белые стены, минимализм, пахнет новым ремонтом и чужим кофе. Не моё. Никогда не будет моим. Я сижу на табурете в гостиной, визажист мягко, но настойчиво водит кистью по моим векам.
— Детка, глазки закрой… расслабь лицевые мышцы. Вижу, не спала совсем? — её голос звучит сочувственно, но в нём есть и профессиональное осуждение. — Синяки такие дают только бессонные ночи. Я, конечно, всё скорректирую консилером, хайлайтером… но так невеста не должна выглядеть. Понимаю, с женихом не до сна было? — она хихикает, предполагая романтическую причину.
Я молчу. Жених не волновался. Жених даже дома не ночевал. Я пролежала всю ночь на диване, прислушиваясь к каждому шороху в подъезде, а в шесть утра приехали родители, подумав, что Ренат решил соблюсти все правила приличия и уехал перед свадьбой ночевать на старую квартиру.