Её взгляд на мгновение скользит по Сейблу, а затем возвращается ко мне.
— Но этого не случилось.
При этих словах уголки моих губ невольно приподнимаются в улыбке, а Сейбл смотрит на меня так интенсивно, своими серыми глазами, словно я — его величайшее сокровище. Я знаю, что он — моё.
Грим делает глубокий вдох, его тело вздрагивает, пока рана начинает затягиваться, словно стянутая невидимыми стежками. Он опирается на локоть, второй рукой осторожно ощупывая место, где только что была зияющая дыра.
Его взгляд тут же находит Кайлию, и между ними проскальзывает что-то невысказанное, отчего она кажется мягче, чем я когда-либо её видела. Она протягивает к нему руку, помогая удержать равновесие, когда он пытается сесть.
— Я в порядке, — бормочет он, хотя голос его звучит хрипло.
— Нет, не в порядке, — отвечает она так же тихо.
Сейбл всё ещё рядом, цвет постепенно возвращается к его лицу, и он шепчет короткую благодарность морю. Похоже, его вера в него наконец-то восстановлена.
Кайлия отстраняется, её выражение лица снова становится серьёзным.
— Вы двое, — говорит она двум членам экипажа, — помогите ему подняться на корабль.
Они тут же делают шаг вперед, помогая Гриму встать на ноги, по одному с каждой стороны. Он не сопротивляется, когда они поднимают его, хотя его взгляд задерживается на ней еще на мгновение, прежде чем он позволяет им вести себя к сходням. Кайлия тоже поднимается, уже разворачиваясь на каблуках, чтобы последовать за ними на «Ноктис». Затем она останавливается, бросает взгляд через плечо и коротко кивает мне, как будто еще раз благодаря.
Я растягиваю губы в улыбке, и она уходит, не сказав больше ни слова вслед за ними. Ей не нужно было меня благодарить. Она пришла спасти меня, хотя для нее я — не более чем незнакомка. Как и остальные члены экипажа, которые всё еще стоят вокруг нас неровным кольцом.
Я позволяю своему взгляду скользить по знакомым лицам, которые я успела узнать.
Найтгласс, бесстрашный отец, который сделал бы всё ради сына и который — несмотря на страх перед моим видом — принял меня как свою. Мэтч, жилистый юный пират, который запер меня в клетке, но всё равно голосовал в мою пользу на трибунале. Кок, который позволил мне заслужить свое место среди команды и относился ко мне с уважением, даже давал мне еду, пока я была их пленницей. И даже Хэрроу здесь, хотя он уже поднимается на борт, вероятно, чтобы помочь раненым.
При виде их глаза наполняются слезами.
— Спасибо всем вам, — хриплю я, и слеза скатывается по моей щеке. — За то, что пришли. За то, что помогли мне.