— Так, приехала комиссия, — бормотал Алексей, прописывая обработку нового массива. — Проверяют расход горюче-смазочных материалов. У нас недостача.
— Выводи текст, — скомандовала Анна, опираясь локтем на его колено и глядя на экран. — «В колхоз едет ревизор из Отдела по борьбе с хищениями. Ищет неучтенные излишки зерна и прочие безобразия». Дай варианты ответа!
`300 PRINT «1. ПРЕДОСТАВИТЬ ВСЕ КНИГИ УЧЕТА КРИСТАЛЬНО ЧЕСТНО.»`
`310 PRINT «2. ЗАТОПИТЬ БАНЮ, НАКРЫТЬ СТОЛ С ОСЕТРИНОЙ, ОРГАНИЗОВАТЬ РЕВИЗОРУ „УСТАЛОСТЬ“.»`
— Выбираем второе, — Анна со смехом нажала клавишу с двойкой.
Алексей быстро набросал результат обработки выбора:
`350 IF ОТВЕТ = 2 THEN PRINT «РЕВИЗОР УЕХАЛ НА ЧЕТВЕРТЫЙ ДЕНЬ, ЗАБЫВ ПОРТФЕЛЬ С АКТАМИ. В ОТЧЕТЕ ВЫ — КРИСТАЛЬНО ЧЕСТНЫЙ ХОЗЯЙСТВЕННИК.»`
Они переглянулись и расхохотались. Смех снял остатки заводского напряжения, превратив унылую номенклатурную реальность в повод для едких шуток.
Морозов и Анна писали код просто из хулиганства. В этом текстовом алгоритме отражалась вся та система, с которой Алексей бился каждый день. Бартер, блат, приписки, необходимость нарушать правила, чтобы сделать дело.
Анна подалась ближе, опираясь плечом о его плечо. Ее глаза весело блестели в серебристом свете черно-белого монитора.
— Пиши концовку… — скомандовала она сквозь смех, ухватив суть проигрыша. — «Вы слишком часто игнорировали интересы партийного руководства. Парторг написал докладную на имя Первого секретаря. КРУ уже в дороге. Результат предсказуем. Приятного чтения».
Алексей замер, повернув к ней голову. Лицо Анны было совсем близко. В этом тусклом, холодном свете кинескопа она казалась невероятно живой и красивой.
— Ты гений, Аня, — тихо сказал Алексей, искренне восхищаясь ее умением выворачивать бюрократический язык наизнанку.
Она чуть приподняла подбородок и тепло улыбнулась.
— Нет, Леша. Это ты. Я только слова подбираю. А ты заставляешь их работать.
Перед ними на экране застыли строки кода. Для любого стороннего наблюдателя это была лишь непонятная тарабарщина на смеси ломаного английского и русского. Но они вдвоем видели за этими строками целую сатирическую вселенную. Там, внутри оперативной памяти, уже жили своей жизнью виртуальные трактористы, строгие инспекторы и хитрые снабженцы.
В комнате пахло остывшим кофе и нагретым пластиком. Трансформатор блока питания «Сферы» гудел на одной унылой ноте, раскалившись до предела.
Алексей откинулся на спинку кресла и потер воспаленные, режущие от усталости глаза. Физически он был истощен. Каждая мышца спины ныла от многочасового сидения в одной позе. Пальцы слегка дрожали от перенапряжения связок. Но внутри, под ребрами, клокотало чувство озорного, звенящего триумфа. Он сублимировал в этот алгоритм весь стресс от общения с кураторами и унизительность выпрашивания деталей.