Морозов прекратил вытирать руки и сунул платок в карман. Он боковым зрением уловил движение в тени верхнего яруса. Через несколько секунд человек в невзрачном пиджаке материализовался прямо у плеча Алексея.
— Алексей Николаевич Морозов? — голос прозвучал тихо, на грани шепота, но с металлическими нотками, не терпящими возражений. — Завтра в девять ноль-ноль. Административный корпус, спецчасть. Без опозданий и сопровождающих.
Человек не стал дожидаться кивка или ответа. Он развернулся и так же бесшумно растворился в полумраке амфитеатра, оставив после себя лишь легкий запах дорогого табака.
Громов, сидевший рядом, сжался в кресле, перестав дышать. Триумф от победы над академиками мгновенно испарился. Партия на техсовете была сыграна блестяще, но настоящий игрок только что сделал свой первый, пугающе тихий ход.
Глава 17 Люди в сером
Зеленоград двадцать второго июля тысяча девятьсот восьмидесятого года, как и сама Москва, застыл в олимпийском анабиозе. Улицы казались вычищенными до хирургической стерильности, выверенными по ведомственным лекалам. Ни одной случайной бумажки возле урн, ни одного праздно шатающегося прохожего в помятой штормовке. Лишь изредка по идеально ровному утреннему асфальту, еще хранившему влажные следы от щеток поливальных машин, бесшумно прокатывались канареечные «УАЗики» милицейских патрулей.
Алексей Морозов шагал по широкой аллее, ведущей к административному корпусу НИИ Точной Технологии. Справа и слева возвышались стройные ряды подмосковных сосен, их стволы в косых лучах утреннего солнца отливали теплой медью. Воздух пах хвоей, озоном и едва уловимым ароматом горячего асфальта. В любой другой ситуации эта прогулка могла бы показаться санаторным моционом, но сейчас каждый шаг давался Алексею с усилием, словно гравитация в этом вычищенном городе внезапно увеличилась вдвое.
Рядом шла Анна. Она надела легкое светлое платье, которое странно и прекрасно контрастировало с монументальным серым бетоном научно-исследовательских корпусов. Девушка молчала, лишь изредка бросая на Морозова быстрые, изучающие взгляды. Вчерашний триумф в актовом зале не принес облегчения. Адреналин, державший Алексея на ногах последние несколько суток, схлынул, сменившись тяжелым предчувствием неизбежного ответа Системы.
— Ты слишком напряжен, Лёша, — негромко произнесла Анна, нарушив затянувшееся молчание. Ее голос прозвучал приглушенно, словно она боялась, что сосны по бокам аллеи оснащены направленными микрофонами. — Мы победили. Они вчера сидели с такими лицами, будто ты им рассказал, как золото из свинца добывать.