В песочных часах оставалось еще немного песка. Уйди Холланд сейчас, у нее появилось бы преимущество. И она хотела уйти. После разговора с Падме она уже решила, что не может доверять Гейбу. Ей не нужны были дополнительные причины держаться от него подальше. Тем не менее если Профессор говорила правду, то речь шла не только о том, чтобы не доверять Гейбу, но и о том, чтобы никогда больше к нему не приближаться.
Холланд помнила, что Профессор обманула ее, но все же не думала, что та станет лгать о подобном. Тем более Холланд всегда питала слабость к историям Профессора.
– Расскажите о жене Гейба, – попросила она.
– Габриэль Кабрал не был рожден в семье со способностями, – сказала Профессор. – Когда такое случается, существует лишь два способа обзавестись даром. Самый респектабельный – устроиться в Банк. Другой же – втереться в доверие к тому, у кого есть способности, в надежде, что тот передаст их вам после смерти. Габриэль Кабрал выбрал последний вариант. Он женился на женщине, в чьей семье было много магии, а на следующий день после свадьбы убил ее.
Профессор нахмурилась и опустила глаза, линия ее губ смягчилась. Она выглядела по-настоящему виноватой, снова стала тем Профессором, которую Холланд знала и любила.
– Прости, дорогая. Мне неприятно сообщать такие плохие новости, но, в отличие от многих моих историй, эта – задокументированный факт. Если не веришь, можешь ознакомиться со списком преступников, которых разыскивает Банк. – Она махнула в сторону стеклянного лотка для почты, расположенного возле стола, как будто могла позвонить и тут же получить список. Но Холланд не нужны были доказательства.
Она поняла, что Гейб опасен, в ту самую секунду на парковке, когда он опустил стекло автомобиля. Она доверилась ему из-за листка бумаги, исписанного почерком ее сестры. На самом деле то была не единственная причина, но все остальные теперь казались неубедительными. Холланд боялась, что поверила Гейбу просто потому, что хотела. Возможно, Кэт была права: ее действительно тянуло не только к пугающим историям, но и к пугающим мужчинам.
Холланд посмотрела на песочные часы в надежде, что пришло время уходить. В верхней части еще оставалось немного песка, но он стремительно стекал вниз. Внезапно стекло разбилось, и золотистый песок высыпался на стол. Птица ударилась в окно с такой силой, что оно треснуло.
– Этого не должно было случиться, – произнесла Профессор. Когда она медленно, едва ли не механически, провела рукой по волосам, на ее пальцах осталась кровь.
– Профессор, ваша рука! – воскликнула Холланд.