Холланд знала, что любой, кто приходил к ней, удивлялся, как она могла позволить себе подобное жилище. Она не любила лгать, но никому не рассказывала о своих родителях. Вместо этого Холланд сочиняла истории. Истории, настолько притянутые за уши, что их нельзя было назвать ложью.
– Купила на грязные деньги, – иногда говорила она. – В раннем возрасте меня выдали за главаря мафии. Он был католиком, так что не собирался со мной разводиться. Чтобы со всем покончить, я отравила его и похоронила на заднем дворе под верандой.
Она пыталась закончить с выражением, которое говорило: «И вас я тоже там похороню, если еще что-то спросите». Обычно люди больше не задавали вопросов. Обычно они смеялись или подыгрывали, и тогда Холланд меняла тему.
Они подъехали к дому, но Гейб ни о чем не спросил. Когда Холланд заглушила двигатель, он только сказал:
– Тебе следовало припарковаться дальше по улице.
– Не думаю, что ты в состоянии так далеко идти.
Гейб выглядел так, словно его оскорбили. Холланд хотела напомнить, что в него стреляли, но, выбравшись из машины, он казался почти здоровым. Если бы не тот факт, что он держался за бок, Холланд и не догадалась бы, что что-то не так.
Гейб обогнал ее и, пройдя по дорожке, скрылся за задней частью дома, пока снова не появился и не встретился с Холланд на крыльце.
– Все чисто.
Она уже хотела подразнить его за излишнюю драматичность. Но потом представила Джейка, лежащего в луже крови, а за ним – перевернутый дом Профессора. Внезапно Холланд стало не по себе от мысли о том, чтобы переступить порог собственного дома.
– Как думаешь, сколько еще людей ищут Сердце Алхимика?
– Мне все равно сколько. Важно,кто его ищет. Существуют определенные организации, внимание которых ты, поверь мне, не хотела бы привлекать.
Холланд собиралась снова заговорить о дьяволе, но в свете фонаря увидела, что Гейб слегка побледнел, а лоб его блестел от пота. Он все еще стоял прямо, но уже не казался таким крепким, как когда вышел из машины.
– Может, присядешь? – Она указала на кресло-качалку, которое купила, вдохновившись домом Профессора. То же и с ковриком у двери, на котором была цитата из старого фильма. Только у Холланд она была из «Волшебника страны Оз», а не из «Касабланки», как у Профессора.
Звонок не работает
Стучите
Когда Холланд прочитала эти слова, то почувствовала острую боль в груди. Она надеялась, что с Профессором, где бы она ни пряталась, все было в порядке. Холланд хотелось поговорить с ней. Но в посылке, которую она отправила, должны были храниться какие-то ответы.