— Красиво устроился. Жена, торт, свидетели. Обошлось?
Он смотрит поверх моего плеча на Соню. С ней он не знаком близко. Виделись пару раз на вечеринках, но тогда я был с Ариной, к которой сейчас приковано внимание всех пацанов. Соня же была просто её невидимой подружкой, на которую никто внимания не обращал.
— Терпимо, — бросаю, отводя его в сторону, к относительно тихому углу у бара. — Где пропадал?
— Там же, где и ты утром, — коротко отвечает, заказывая у бармена виски. — Только наш «Клюв» после твоего визита решил побегать. Пришлось ловить. Веселуха.
Я киваю. Мир не остановился. Он продолжает крутиться со своей грязной, опасной стороны, пока я тут надел смокинг и обмениваюсь кольцами. Абсурд.
— Она как? — Глеб кивает в сторону Сони.
— Боится. Молчит. Смотрит на меня как на маньяка. Иногда — как на спасителя. Запуталась окончательно.
— А ты? — Глеб пристально смотрит на меня, делая глубокий глоток виски.
Я молчу. Что я? Я устал. Я в ярости на неё, на себя, на эту ситуацию. Чувствую долг, который завязался удавкой на шее.
— Я не знаю, что я, — честно признаюсь. — Знаю, что не могу её бросить. Знаю, что не хочу видеть её слёзы. Знаю, что выходки Арины сегодня выводят меня из себя больше, чем проваленная операция.
Глеб хмыкает.
— Марат здесь?
— Был. Поздравил. Пожелал терпения. Как всегда, попал в точку.
— Он что, против?
— Скорее, наблюдает. Ждёт, что я сам во всём разберусь.
Глеб смотрит на танцпол, где пары двигаются под какую-то попсу.
— А она, твоя «подруга невесты», — он практически выплёвывает это словосочетание, — время не теряет. Смотри.
Я поворачиваюсь. Арина не просто флиртует. Она что-то говорит, жестикулирует в нашу сторону. Один из ребят — молодой оперативник из моего же управления — смотрит то на неё, то на меня с Соней, потом снова на Арину и усмехается. Он что-то говорит ей в ответ. Она заливается смехом, дотрагивается до его руки. Он наливает ей выпить.
У меня сжимаются кулаки. Она не просто веселится. Она что-то рассказывает. Что-то про нас. Смешную историю? Искажённую версию нашего с Соней «романа»?
— Нужно убрать, — тихо произношу Глебу. — Этот ёбаный этикет и правила с “подружкой невесты” заебали конкретно.
— Не царское это дело жениху такие вопросы решать, — усмехается друг, но в его глазах я вижу понимание. — Дай сигнал — выведу на свежий воздух «поговорить». Но скандала не избежать. Сам её знаешь.
Я колеблюсь. Скандал на свадьбе. Позор. Слёзы Сони. Её родители… Нет. Нельзя. Но и терпеть это… хер знает, сколько я еще продержусь.
Телефон друга чуть царапает полированную поверхность барной стойки. Друг бросает короткий взгляд на дисплей, моментально меняясь в лице.