Он даже не пытается вырваться. Просто смотрит вниз на мою руку, потом в мои глаза.— Слежу за тобой. Потому что знаю тебя. Ты сейчас на грани. Не вывозишь сам, и её… — он не договаривает, молча опускает взгляд на мою руку на его идеальном пальто.
Я шумно выдыхаю и отпускаю брата. Понимаю, что проебался. Везде, блять, проебался. В жизни, в карьере, в бабах.
Отступаю на шаг. Дышу часто, пар клубится между нами.
— Поехали, — произносит Марат, командирским тоном, оставшимся у него еще от времени работы в СОБР.
— Куда? — сплевываю, пытаясь выровнять дыхание.— Пар выпускать. Или мне тебя скрутить и отвезти как есть?
Усмехаюсь, но медленно иду к его машине. Марата знаю, как никто другой. Он из тех кто словами не разбрасывается, действительно может скрутить. Плюхаюсь на первое сиденье арендованного братом авто. Адреналин все так же бушует в крови, но его градус уже значительно меньше.
— Прикольная тачка, — ударяю пальцем по игрушке на приборной панели и она забавно начинает вертеть головой. — Сейчас такие в моде у бизнесменов? Или тебе в СОБРе такую по уходу в отставку выдали? Признавайся, брат.
— Выдают за умение вовремя заткнуться. Попробуй. Вдруг и у тебя получится.
Усмехаюсь. Мар всегда умел ловко заткнуть любого. Без обид, оскорблений и тягостного послевкусия.
Мы подъезжаем к частному тиру. Марат кивает охраннику, показывает документы и нас пропускают внутрь. Запах пороха, масла и холодного металла. Наша с братом стихия. Отец с детства учил нас, готовил к династии военных. Прадед, дед, отец, все они были военными или работали в прокуратуре. По факту у нас с Маратом особо и выбора не было.
Мар молча берёт два пистолета, заряжает, один протягивает мне.— Стреляй, пока пальцы не отвалятся. А потом начнём разговор.
Я не смотрю на мишень. Просто стреляю. Раз за разом. Патрон за патроном. Глухой грохот выстрелов оглушает, заполняет голову, вытесняя всё остальное. Я стреляю в её молчание, в её глаза «жертвы», в объятия Арины на вокзале, в звон разбитой вазы, в собственный голос, произносящий хуй знает что. Стреляю, пока не разряжаю весь магазин.
— А вот теперь рассказывай, — спокойно произносит Марат. — Кто такая эта Соня? И что такого между вами произошло, что ты подписался на смертный контракт?
— Ты и так всё знаешь.
— Знаю факты. А вот, что творится у тебя в башке… Начинай. Самолёт у меня только утром, так что у нас вся ночь впереди.
Я откидываюсь на высокий стол для оружия, стискивая виски. Признаваться в том, что две молодых девчонки меня, командира ФСБ, наебали, не особо хочется.