— Идём. Собираемся.
Совет собрали на площади, у колодца. Марта вышла без фартука, с половником в руке, и лицо её было суровым. Людвиг выкатил портативный дестабилизатор и что-то бормотал про «резонанс».
— Мы идём на юг, — сказал Кайр. — Эйрена там. Ранена, окружена и одна. Мы её вытащим.
— Почему? — глухо спросил Рогар. — Она предала нас. Из-за неё погиб мой отец.
Кайр выдержал его взгляд.
— Потому что она заплатила. И потому что она — часть этого дома. Даже если сама в это не верит.
Рогар долго молчал. Потом кивнул — коротко, скупо.
— Я иду. Ради тех, кого она спасла.
— Этого достаточно.
У ворот их ждала Клуша. За её спиной, в две идеально ровные шеренги, выстроились куры. Она дёрнула головой — и куры синхронно расступились, открывая проход.
— Проводы, — прошептал Мирко с забора. — Она никогда такого не делала.
Зоська стояла рядом, прижимая к груди куклу. Губы дрожали, но она не плакала — Клуша учила, что командир не плачет. Селена, проходя мимо, опустилась на одно колено и протянула ей стрелу — ту самую, кривую.
— На хранение. Я вернусь и заберу.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Они вышли за ворота. Пятеро. Как на излучине. Как всегда.
Дорога на юг заняла несколько дней. На третий день они вышли к переправе. Мост был разрушен. Уцелела лишь узкая балка. На том берегу, у каменной опоры, привалившись спиной к камню, стояла Эйрена. Левая рука висела плетью. В правой она сжимала меч. Перед ней, в десяти шагах, стояли пятеро вооружённых работорговцев. За её спиной сбились в кучу беженцы — дети, женщины, старики.
Кайр вышел из-за деревьев первым. За ним — Заря с уже светящимися ладонями, Селена с натянутой тетивой, Рогар с молотом.
Эйрена подняла голову. В её серых глазах мелькнуло облегчение.
Из толпы беженцев раздался голос:
— Господин Кайр? Госпожа Заря? Это вы?
Кайр обернулся и увидел Брана — того самого кузнеца с обожжёнными руками.
— Она говорила, что вы — её семья, — сказал Бран.
Эйрена прикрыла глаза. По щеке скатилась слеза.
Кайр повернулся к главарю.
— У вас есть два выхода. Первый: вы уходите сейчас, и мы вас не преследуем. Второй — вам объяснять не нужно.
Главарь посмотрел на молот Рогара, на стрелу Селены, на горящие ладони Зари. Бросил арбалет на землю.
— Уходим. Быстро.
Через минуту на берегу остались только свои.
Заря опустилась на колени и положила ладони на рану Эйрены. Золотой свет заструился по краям рваной плоти.
— Прости меня, — прошептала Эйрена. — За всё.
— Уже простили, — ответила Заря и коснулась медальона на её груди. — Ты сохранила его. Значит, помнила.
Селена молча набросила на плечи Эйрены свой запасной плащ. Рогар, глядя на тех, кого она защищала, произнёс: