Он отошёл от зеркала. Вышел в коридор. Комната, где он ночевал, была открыта.
Он лёг, не раздеваясь. Потолок гладкий, белый. Тишина такая, что слышно собственное сердце.
Он закрыл глаза. Представил Новый Шов — настоящий. Кривые заборы, грязь у колодца, Марта орёт на кухне. Селена молча точит стрелы. Заря смеётся — не пусто, а звонко.
Потом представил другой Новый Шов. Из зеркала. Чистый. Тихий. Мёртвый.
— Я не хочу, — сказал он вслух.
Стены не ответили.
Он повернулся на бок. Заснул только под утро.
Глава 34: Трещина
Кайр вышел из куба один. Королева не пошла за ним — осталась внутри.
На площади было пусто. Снег лежал ровно, без следов. Только у фонтана кто-то сидел.
Он подошёл ближе. Девочка. Лет восьми, в чистом сером платье. Волосы светлые, гладко зачёсаны. Руки на коленях — спокойные, неподвижные.
Она не смотрела на воду. Она смотрела в пустоту. Губы шевелились — без звука, без остановки.
Кайр присел на корточки. Снег под ногами не скрипнул — здесь вообще ничего не скрипело.
— Привет, — сказал он.
Девочка не подняла головы.
— Как тебя зовут?
Ничего. Губы продолжали шевелиться.
Кайр наклонился ближе. Попытался разобрать слово. Не получилось.
— Ты меня слышишь?
Она подняла глаза. И он увидел.
Не пустоту. Не спокойствие. Мольбу. Крошечную, задавленную, но живую. Так смотрят звери в клетке, когда видят открытую дверь.
— Что случилось? — спросил он.
Она хотела ответить. Губы дрогнули. Из горла вырвался хрип — короткий, как всхлип.
Кайр закрыл правый глаз. Открыл левый. Он не давил — просто позволил ей почувнуть, что кто-то готов услышать.
— Что ты хочешь?
Девочка вздрогнула. Взяла его за рукав — слабо, неуверенно.
— Бо… — выдавила она.
— Больно?
Она кивнула. Один раз. И слёзы потекли по щекам — неровно, как будто лицо забыло, как это делается.
Кайр сжал её ладонь.
— Я здесь. Ты не одна.
— Ты разбудил её.
Кайр не обернулся. Он знал этот голос.
— Теперь ей снова будет больно, — произнесла Королева. Она стояла в пяти шагах — прямая, белая, катана у пояса. — Ты этого хотел?
Кайр встал. Повернулся.
— Ты знаешь, как её зовут?
— Всех зовут одинаково.
— Неправда.
Она не ответила.
— Её зовут Лена, — сказал Кайр. — Она сама сказала. Не словами — но сказала.
— Лен. — Королева повторила имя, как пробуя на вкус. — Я не помнила.
— Ты вообще что-нибудь помнишь?
Она посмотрела на девочку. Та сидела, прижимая руки к груди. Слёзы всё ещё текли.
— Помню, как они пришли. Сотни. Тысячи. Все хотели покоя. Я дала им покой.
— Ты дала им анестезию.
— Это одно и то же.
— Нет. — Кайр шагнул ближе. — Покой — это когда человек сам выбрал. А они просто перестали чувствовать. Ты не спросила. Ты приказала.