— То есть делаем не отдельную машинку для начальства, а переходники ко всему живому железу? — деловито уточнил Евгений, вытирая пальцы салфеткой. — Перфолента, телетайп, токовая петля?
— Именно, — Морозов кивнул. — Максимально опираемся на существующие стандарты. Где есть ГСП — не ломаем её, а стыкуемся через нормальные преобразователи. Где старый пульт ЧПУ читает перфоленту — сначала учимся готовить правильную ленту и проверять программу на «Сфере», а уже потом думаем о прямом кабеле. Наша сила не в том, чтобы выбросить заводскую автоматику, а в том, чтобы заставить её разговаривать с нами.
Он перевел взгляд на девушку-схемотехника.
— Люба. Твоя часть. Тебе предстоит полностью переделать архитектуру питания «Сферы-82».
Девушка напрягла плечи.
— Стабилизаторы не тянут новую периферию? — тихо спросила она.
— Стабилизаторы отличные. Но теперь нам придётся жить рядом с заводской электрикой, — Алексей взял один из бланков и постучал по нему пальцем. — Сварочные аппараты, двигатели, пускатели, плохая земля, длинные кабели, грязная сеть. До военного ТЗ мы ещё дойдём, но уже сейчас закладываем запас: развязка входов, защита линий, нормальные фильтры питания, отдельные режимы для учебной и промышленной периферии.
Морозов позволил себе легкую, ироничную усмешку.
— Если раньше твоя плата должна была пережить пролитый чай, то теперь она должна пережить соседство с цехом, где включают пресс и никто не спрашивает разрешения у микропроцессора.
Люба только достала из кармана халата измятый блокнот, щелкнула автоматической ручкой и начала быстро конспектировать допуски.
— Потребуются оптроны, нормирующие каскады и развязка по питанию, — бормотала она, не отрывая взгляда от бумаги. — Подниму справочники по ГСП, посмотрю, что реально ставят в цехах. Список литературы и деталей составлю к обеду.
Морозов замолчал, наблюдая за реакцией своих людей.
Люба уже раскладывала в уме цепочки развязки и нормирования сигналов. Громов прикидывал форматы обмена, хмуро глядя в сторону дисковода. Олег спокойно сортировал свои отчеты, будто караул за дверью был еще одним пунктом в ведомости.
За годы работы они прошли опытные партии, цеховые скандалы, олимпийскую рассылку, журнальные публикации, зеленоградские техсоветы и войну с местными аппаратчиками. Новые правила никому не нравились, но паники не было.
* * *
Олег Тимофеев шагнул к столу, положив перед Морозовым увесистую стопку бумаг. Верхний лист пестрел ровными колонками цифр, отпечатанными на машинке с западающей буквой «р».
— Результаты рассылки наборов «Сфера-80М» и задач из журнала, — доложил Олег, поправляя сползающие на переносицу очки. — Подбили сводку по письмам и анкетам за весь цикл олимпиады.