Но боль не утихает. Она только растёт.
Телефон оживает снова. На дисплее высвечивается мама.
Вдох, выдох.
Провожу пальцем по экрану, заставляю себя улыбнуться, хотя она не видит. Привычка. Всё та же привычка казаться, а не быть.
— Да, мамуль, привет.
— Сонечка, — голос мамы звучит взволнованно. — Ты почему трубку не берёшь? Я уже десятый раз звоню.
— Я… я не слышала, — стараюсь, чтобы голос звучал ровно, но он дрожит. — Телефон был на вибро, а я занималась.
— Опять учишься? Ты бы себя берегла. О ребенке подумай.
— Всё нормально, мам. У меня всё хорошо.
Мама охает, вздыхает, говорит о важности отдыха и здорового сна. Я соглашаюсь на всё бездумно. Просто нет сил спорить. Даже вникать в это нет сил. Мы плавно переходим на бытовые вопросы. Говорим о погоде, о том, как отец рад покупке новой машины, что соседка сверху опять затеяла ремонт. Я слушаю вполуха, киваю, хотя она не видит. Внутри всё ещё кипит.
— Сонечка, — мать делает паузу, и я чувствую — сейчас будет что-то важное. — Мне тут соседка сказала… Ты только не волнуйся.
— Что случилось?
— Рената видели. В городе. Неделю назад.
— Он к родителям ездил, — произношу уверенно, мне кажется, что уверенно. — У них там дела. Он мне говорил.
— Вот и я тоже так подумала, — продолжает она. — Но тётя Клава говорит… Она его видела, когда он выходил из подъезда, где Арина живёт. Ты знаешь, зачем он туда приезжал?
Я замираю. Сердце уходит в пятки.
— Что? — переспрашиваю, хотя прекрасно расслышала.
— Соседка, тётя Клава, видела его. Вышел из подъезда, сел в такси и уехал. Она ещё думала, вы вернулись. Хотела вам свою квартиру предложить. Сама она к сыну переезжает. Внуков будет помогать нянчить. Вот и продаёт двушку.
— Мам, — я стараюсь, чтобы голос звучал ровно, но внутри всё рушится. — Это, наверное, не он. Просто похожий мужчина.
— Ну, может быть, — с сомнением произносит мама. — Но тётя Клава клянётся, что это он. Она его ещё на свадьбе запомнила. Говорит, видный мужчина, такого не забудешь. И я ведь всё ещё помню, как Арина тогда на вокзале Рената обнимала. Не думай, Сонь, что если я не спрашиваю, то не вижу.
— Всё нормально, мам. Перестань, — сжимаю телефон так, что пальцы немеют. — Я потом с ним поговорю. Он… он мог заезжать за чем-то. У нас с Ариной общих знакомых много. В том районе почти все его друзья живут.
— Ну, смотри, дочка. Ты мне только скажи, если что. Я всегда помогу.
— Хорошо, мам. Давай утром созвонимся, а то я сильно устала сегодня. Спать хочу.
Она снова мне читает лекцию по поводу здоровья, полноценного сна, учёбы. Я снова соглашаюсь, почти не слушая её. Договорив, сбрасываю вызов и откладываю телефон в сторону. Руки трясутся. Внутри всё обрывается.