— Да.
— Платить чем?
Кайр замер. Денег не было. Карманов не было. Даже нижнего белья не было.
— Могу работать. Руками, головой. Считать умею. Писать. Организовывать. — Он осёкся, представив, как здесь прозвучит «делал отчёты в Excel». — В общем, могу быть полезен.
Марта разглядывала его, не торопясь, — так смотрят на лошадь перед покупкой.
— Садись, — сказала она наконец. — Поешь. Потом решим, какой от тебя прок.
Она принесла миску. Похлёбка оказалась горячей и наваристой — с кусками мяса, кореньями и чем-то зелёным. Хлеб тёмный, тяжёлый, с хрустящей коркой. Кайр ел молча, обжигаясь. Желудок принимал еду с благодарностью.
Пока он ел, в трактир вошёл мужчина с сединой в бороде. Невысокий, крепкий. Кожа на руках грубая, тёмная, в трещинах. Марта кивнула ему.
— Грум. Староста. Это пришлый.
Грум сел напротив, положил руки на стол.
— Кто?
— Кайр. Пришёл из леса.
— Через Чёрный Ручей?
— Да.
— Один?
— Нет. Селена провела.
Грум и Марта переглянулись.
— Селена кого попало не водит, — сказал Грум. — Значит, ты чем-то полезен. Или чем-то опасен.
— Скорее первое. Но гарантий нет.
— Гарантий тут ни у кого нет. — Он набил трубку. — Стражи нет. Бароновы люди в Крестах сидят, сюда не ездят. Боров это знает. Потому и не боится.
Кайр отложил ложку.
— Боров — это тот грузный, с дубиной?
— Ты его знаешь?
— Встречались. Вчера. Он грабил травницу Лиру, я вмешался. Он убежал.
Грум замер с трубкой в зубах. Потом медленно вынул её.
— Ты заставил Борова убежать?
— Я просто попросил. Громко попросил.
Грум перевёл взгляд на Марту. Та пожала плечами.
— Лира жива?
— Да. Передавала привет. И ещё — мазь от кашля для Мирко готова.
— Мирко! — рявкнула Марта, и из-за двери высунулась вихрастая голова. — Слышал? Лира мазь приготовила. Завтра с утра сходишь.
— А можно сегодня?
— Нельзя. Ночью волки.
— Я быстро!
— Ты быстро только в неприятности. Завтра.
Мирко вздохнул и снова исчез, но Кайр заметил: мальчишка устроился на лавке у стены и делает вид, что не подслушивает.
Грум раскурил трубку.
— Раз ты Борова прогнал, значит, не просто так явился. Но ты не воин. Руки не кузнеца, не пахаря. Кто ты по ремеслу?
— В прошлой жизни работал в конторе. Считал, писал, решал споры.
— Кастелян? — подсказала Марта.
— Что-то вроде того.
— Кастелян — это хорошо. Нам такой нужен. Деревня без порядка который год. Боров обложил данью, мужики разучились спорить. Может, хоть ты их растормошишь.
— Я попробую.
— Попробуй. А пока — жить будешь здесь. Марта даст угол. Отработаешь.
Марта уже доставала из-за стойки свёрток, перевязанный бечёвкой.
— Вот. Рубаха. Штаны. Сапоги. Козыря.