Глава 1 Техзадание на будущее
Десятое января тысяча девятьсот восемьдесятого года наступило в Научно-исследовательском институте «Электронмаш» так же, как и любой другой послепраздничный день в масштабе необъятной страны. С тяжелым скрипом несмазанных петель, с запахом тающего на одежде снега в коридорах, с бесконечными разговорами о дефицитном горошке и с полным, абсолютным нежеланием системы возвращаться в рабочее русло. В кабинетах гоняли чаи, перекладывали с места на место пыльные папки и смотрели на настенные календари с олимпийским Мишкой так, словно этот добродушный медведь был лично виноват в необходимости вставать по звонку будильника.
Но за обшарпанной дверью с табличкой «КБ-3» кипела совсем иная жизнь.
Алексей Морозов вошел в лабораторию первым. Он не включал верхний свет, оставив помещение в уютном, желтоватом полумраке, который разбавлялся лишь серым зимним утром, с трудом пробивавшимся сквозь замерзшие стекла окон.
Он подошел к своему столу. Там, среди аккуратно сложенных листов миллиметровки и россыпи резисторов, возвышался опытный образец той самой первой «Сферы-80». Угловатый, тяжелый, собранный из того, что удалось выбить, выпросить или просто спасти от списания в утиль.
Алексей сунул руку во внутренний карман пиджака и достал серую картонную коробочку, перевязанную шпагатом. Он развязал узел, откинул крышку и вытряхнул содержимое на чистый лист бумаги.
Черный прямоугольник. Сорок блестящих ножек. К580ИК80А. Советский аналог Intel 8080.
В его прошлой — или будущей жизни в 2026 году — этот чип вызывал бы лишь снисходительную ностальгическую улыбку в музее ретро-техники. Восемь бит. Смешная тактовая частота. Никаких конвейеров, никакого предсказания ветвлений. Но здесь, в тени огромных гудящих шкафов ЕС ЭВМ, этот маленький кусочек кремния был настоящим технологическим божеством. Ключом, способным сорвать с петель заржавевшие двери советской вычислительной индустрии.
Дверь в лабораторию скрипнула.
Первым ввалился Евгений Громов. Вечно небритый, со всклокоченными волосами, он кутался в свой знаменитый растянутый свитер грубой вязки, от которого за версту несло крепким дымом сигарет «Ява». Увидев Алексея, стоящего над столом, программист театрально зевнул.
Следом, чеканя шаг, вошел Сергей Дмитриевич Липатов. Конструктор даже в такой день выглядел так, словно собирался на прием к министру: идеально отглаженная рубашка, роговые очки без единого пятнышка на стеклах, а в нагрудном кармане — выверенный по росту строй заточенных карандашей. Сергей бросил взгляд на чертежи, машинально поправил их так, чтобы края совпадали с краем стола, и только после этого кивнул Морозову.