— Ты хочешь надеть мои украшения на церемонию? — недоверчиво переспросила Реджина Кроан.
Сирша энергично закивала и небрежно ответила, словно это было в порядке вещей:
— Да, Ваше Величество. Пока вы были в отъезде, одна из служанок показала мне вашу шкатулку с фамильными драгоценностями. Там есть такое красивое колье с сапфирами, серьги к нему и браслет. Они идеально подойдут к моему платью! Король сказал, что вы добрая и щедрая, и я подумала...
Это был предел терпимости королевы. Без ведома Реджины, служанка показывала этой женщине шкатулку. Грязная рабыня рылась в вещах королевы, рассматривала её драгоценности и уже мысленно примеряла их на себя
Лазурные глаза Реджины Кроан стали безжизненными.
— Ты не получишь ничего из моих драгоценностей, — отрезала Реджина Кроан, смерив рабыню уничижительным взглядом.
Сирша часто заморгала, её пухлые губы задрожали, точь-в-точь как у обиженного ребёнка, у которого отняли любимую игрушку. Рабыня посмотрела на королеву, словно в испуге.
— Это потому что я вам не нравлюсь? — по щекам девушки покатились крупные, словно жемчужины, слёзы
Рабыня даже плакала красиво, зная, что слёзы делают её ещё более трогательной и беззащитной.
Королева и впрямь ненавидела Сиршу за ту лёгкость, с которой она получила любовь Илберта, за её нелепые попытки «подружиться», за каждое её появление, которое причиняло невыносимую боль. Но Реджина не могла сказать это вслух. Если она признается в своей ненависти, Сирша тотчас побежит жаловаться королю. Реджина Кроан не желала усложнять ситуацию, поэтому была вынуждена солгать.
— Дело не в том, что я ненавижу тебя, — возразила королева, пытаясь удержать маску спокойствия на своём лице. — Если тебе нужны драгоценности, сообщи об этом королю, и я уверена, что ты получишь множество украшений.
Реджина Кроан попыталась выдавить из себя улыбку, чтобы её слова звучали как можно мягче. Королева надеялась, что Сирша поймёт, что она не хотела иметь с ней ничего общего, но рабыня вдруг упала на колени, вцепилась в подол платья Реджины Кроан и зарыдала жалобно и тихо.
— Почему вы так жестоки со мной, Ваше Величество? — стенала Сирша, и её слёзы капали на дорогую ткань платья королевы, оставляя на нём тёмные влажные пятна. — Я всего лишь хотела быть красивой на церемонии! Почему вы не можете мне помочь? Почему вы всё время отталкиваете меня? Что я вам сделала?
— Отпусти, — потребовала королева, но Сирша не ослабила хватку. Напротив, она вцепилась в ткань ещё крепче, а её рыдания становились всё громче и отчаяннее.
Реджина Кроан почувствовала, как внутри закипает ярость, которую она так долго подавляла. Она оттолкнула Сиршу. Не сильно, а ровно настолько, чтобы освободить подол своего платья из цепких пальцев. Но рабыня, потеряв равновесие, упала на бок, ударившись плечом о край стола, и замерла на полу, глядя на королеву широко раскрытыми, полными ужаса глазами.