Королева вышла прежде, чем Илберт успел ответить.
Глава 17
На следующее утро после скандала Реджина проснулась с тяжёлой головой и странным чувством пустоты в груди. Она плохо спала: ворочалась, просыпалась, снова забывалась тревожным сном, в котором её преследовали синие глаза незнакомца вперемешку с искажённым гневом лицом Илберта. Белый платок лежал под подушкой, и несколько раз за ночь Реджина доставала его, мяла в пальцах, вдыхала едва уловимый запах полыни, которого уже почти не осталось.
Днём королеву почтил присутствием лорд-камергер Эдрик Торн. Его лицо было бледнее обычного, а руки, сжимавшие какой-то свиток, заметно дрожали. За его спиной маячили двое гвардейцев и секретарь с массивной чернильницей на цепочке, такие носили только при королевской канцелярии.
— Ваше Величество, — произнёс Торн, и его голос прозвучал глухо, словно он сам не верил в то, что должен был сказать. — У меня приказ Его Величества короля.
Реджина кивнула:
— Говорите.
Торн развернул свиток. Его голос дрогнул, когда он начал читать:
— «Именем Его Величества Илберта Аларика Фердинанда Кроана... в связи с недавними трагическими событиями на площади, а также в целях обеспечения безопасности Её Величества королевы Реджины Кроан от возможных повторных покушений со стороны врагов короны, Его Величество постановляет: Её Величеству королеве надлежит незамедлительно переехать в Боковой дворец, где ей будут обеспечены достойные условия проживания и надлежащая охрана. Указ вступает в силу немедленно».
«Ах, вот оно что», — подумала Реджина, и мысль эта была спокойной, почти отстранённой.
Боковой дворец. Значит, её ссылают туда.
Это здание было построено ещё при деде Илберта и представляло собой белоснежный флигель с изящной колоннадой, спрятанный в глубине парковой аллеи, в стороне от парадного въезда. Придворные острословы не без причины прозвали его «Дворцом увядших лилий». Здесь никогда не жили королевы. В Боковом дворце селили официальных фавориток, когда они выходили из милости, но ещё не были изгнаны окончательно. Им давали иллюзию почёта в виде красивого здания, слуг и охраны, но само расположение дворца, в стороне от главных анфилад, ясно говорило: вы здесь, потому что вас уже не хотят видеть.
Реджина Кроан помнила, как ещё при жизни старой королевы Мартины здесь тихо угасала леди Вивиана, знаменитая фаворитка покойного короля Сезара II. После смерти своего покровителя любовница провела в Боковом дворце несколько месяцев, прежде чем королева-мать окончательно выслала её в монастырь.
И вот теперь Илберт ссылает туда не фаворитку, а свою жену.