Затем его руки начинают блуждать по её телу. Он расшнуровывает платье, ткань соскальзывает с плеч, обнажая грудь. Мужчина грубо сжимает её, и Сирша смотрит куда-то в стену. Она научилась думать о море в такие минуты. Там нет лорда Вейла и этого ложа. Нет ничего, кроме ветра и волн.
Лорд Вейл укладывает Сиршу на спину. Его грузное тело, пахнущее потом и вином, нависает над наложницей. Он входит в неё, и Сирша закрывает глаза. Она представляет, как волны накатывают на берег.
Одна.
Вторая.
Третья.
Лорд Вейл издаёт громкий, звериный стон и обмякает на Сирше, придавливая своим весом. Затем отстраняется.
— Хорошая девочка, — произносит он. — Можешь идти.
Сирша встаёт, поправляет платье и выходит. В коридоре она на мгновение прислоняется спиной к холодной каменной стене и закрывает глаза, борясь с тошнотой.
Спустя пару минут она открывает глаза и идёт дальше. Что ей ещё остаётся?
Глава 29
Праздник застал поместье врасплох. Никто не ожидал, что лорд Вейл вдруг решит устроить пир в честь сбора соли — событие, которое не отмечали уже много лет. Но слухи о том, что из столицы прибудут важные гости, поползли по поместью за несколько дней до назначенной даты. Слуги сбивались с ног, драили полы в триклинии, натирали воском бронзовые светильники, таскали из погребов амфоры с выдержанным вином. На кухне визжали поросята, обречённые стать главным блюдом.
Гости прибыли ближе к вечеру. Среди них был человек по имени Валериан Мортейн, которого лорд Вейл приветствовал с особым почтением. Судя по всему, старший по рангу или самый богатый.
Сирша заприметила аристократа из тени колоннады, где столпились все наложницы, дабы не путаться под ногами у знатных господ. Валериан был высок, широкоплеч, с тёмными, коротко стриженными волосами, тронутыми сединой на висках. Лет сорока, не больше. У него было лицо человека, привыкшего повелевать, но без той холодной жестокости, что навсегда отпечаталась в глазах лорда Вейла. Когда Валериан улыбнулся, отвечая на приветствие хозяина поместья, у его глаз появились мелкие морщинки.
Пир длился долго. Наложниц, как обычно, позвали развлекать гостей. Ливия играла на кифаре и пела, Друзилла танцевала, путаясь в складках прозрачного пеплума, а Сабина разливала вино. Лишь Сирша притаилась в углу, желая оставаться незамеченной.
Неожиданно её позвали.
— Подойди, — махнул рукой лорд Вейл. — Покажись гостям.
Сирша вышла в центр залы. Свет бронзовых светильников упал на серебристые волосы, и по триклинию пробежал изумлённый шёпот. Она привыкла, что её волосы всегда вызывали реакцию.