— Кацуро, — прошептала она. Глаза — закрыты. Его лоб — на её лбу. — Я так долго боялась тебя. Так долго.
Его руки — на её лице — дрогнули. Чуть. Едва заметно. Но — она почувствовала: вздрог, прошедший по пальцам, по запястьям, вверх — в плечи, в — него. Всё его тело — отозвалось. На эти слова. На — «боялась тебя». Две секунды — молчание. Тяжёлое. Потом:
— А теперь? — его голос — хриплый, севший, — ниже обычного. С тем надломом на дне, который она слышала только ночью. Только — наедине. Только — когда он не был генералом.
Аяме — открыла глаза. Его — близко. Совсем. Тёмные. С золотой искрой у зрачка (свеча — отражалась). С — ожиданием. С — уязвимостью, которую он никому не показывал и которую она — видела. Каждый раз. Только — она.
— Теперь боюсь потерять, — ответила она.
Его руки — соскользнули с её лица. На шею. На плечи. Вниз — по рукам — до запястий. Обхватили — сжали — подняли к губам. Её запястья — в его руках — хрупкие, с голубыми жилками, с бьющимся пульсом. Он — целовал. Одно. Другое. Медленно. Губами — на пульсе. На том месте, где жизнь — ближе всего к поверхности. Где — бьётся, тонко, уязвимо, под кожей.
— Не потеряешь, — сказал он. В её запястье. Губами — по коже. — Я здесь. В этой жизни — я здесь.
В этой жизни. Не — «навсегда». Не — «вечно». В этой. Потому что он — понял. Услышал — то, что она рассказала: нет «навсегда». Нет — гарантии. Есть — только эта жизнь. Этот круг. Эта ночь. И — он — в ней. Здесь. Сейчас. Это — всё, что можно обещать. И — достаточно. Более чем — достаточно.
Она — потянулась к нему. Руки — из его ладоней — на его шею. Пальцы — в волосы (жёсткие, короткие на затылке, длиннее — на макушке; она — знала текстуру наизусть). Притянула — к себе. Губы — на его. Не нежно. Не — осторожно. Жадно. Отчаянно. Так целуют — когда два дня. Когда — может быть — последний раз. Когда — всё тело знает: это — конечно, это — хрупко, это — может оборваться, и потому каждую секунду нужно — впитать, вобрать, запечатать внутри так глубоко, чтобы даже смерть не стёрла.
Глава 38. Ловушка
Генерал Минамото умел ждать.
Это — отличало его от большинства военачальников, которых Аяме наблюдала за пять жизней: те — рвались в бой, торопились, путали скорость с решительностью. Кацуро — ждал. Как — охотник на крупного зверя: неподвижно, терпеливо, с луком — натянутым, но не отпущенным. Ждал — пока цель сама войдёт в прицел. Пока — подставит горло.
Утром — следующим утром после ночи, когда она не считала дней — он поднялся рано. Оделся — как обычно: формальное кимоно, тёмно-серое с гербом Минамото на спине, волосы собраны, лицо — непроницаемое. Генерал. Глава дома. Человек, у которого — ничего не изменилось. Ни одна черта не выдавала: бессонные ночи, свиток с пятью столбцами смертей, руки жены — вцепившиеся в его спину в темноте, её голос — «я так долго боялась тебя». Ничего. Маска — безупречная.