В этом мигании был какой-то вызов.
«Я здесь», — говорил курсор, — «Я готов работать. А ты готов меня размножить?»
За окном усилился дождь. Серые струи били в стекло, размывая очертания заводских корпусов. Где-то там, в тумане, лежали Калуга и Александров. Города, которые пока не знали, что скоро к ним приедут гонцы из будущего.
Алексей усмехнулся своим мыслям. Пятьдесят ящиков и три калеки. Ну что ж… Посмотрим, на что способны советские инженеры, когда их припрут к стенке планом.
Он взял чистый лист бумаги и написал сверху:
Служебная записка. О создании оперативных групп внедрения
В советской промышленности слово «внедрение» звучало солидно и пугающе. Почти как «вторжение». Изобрести уникальный прибор у нас было легко, а вот внедрить его в серийное производство — задача на грани невозможного.
— Люба, — окликнул он, — Сделай нам чай, пожалуйста. Крепкий. У меня там на столе заварка, новая пачка. И сушки. У нас длинный день. И, кажется, длинная весна.
Люба молча включила кипятильник. В стакане забурлила вода, поднимая со дна чаинки. Жизнь продолжалась. Только теперь она потекла быстрее, ускоряясь с каждой секундой, оставшейся до первого сентября.
Глава 2 Второй эшелон
Дождь за окном сменил тактику: вместо нудной мороси он теперь бил по стеклам короткими, злыми очередями, словно проверял их на прочность. В лаборатории КБ-3, несмотря на разгар рабочего дня, горел свет. Желтые плафоны под потолком гудели в унисон с трансформатором на стенде, создавая уютную, но тревожную атмосферу бункера перед бомбежкой.
Алексей стоял у кульмана, но смотрел не на чертеж, а поверх него — на людей, сидевших в комнате.
«Пятьдесят штук», — думал он, — «Пятьдесят комплектов. Это не просто цифра в ведомости. Это логистика, от которой в моем времени поседел бы любой менеджер по закупкам. Там у них есть DHL, Alibaba и склады Digikey. У нас есть телефон, справочник предприятий за 1974 год и личное обаяние».
Он перевел взгляд на список, написанный мелом на доске. Четыре фамилии. Четыре человека, которых он выдернул из их привычной рутины, чтобы отправить в неизвестность.
— Ну что, товарищи заговорщики, — Алексей обернулся к столу, который временно превратился в штаб операции, — Чай налит, двери закрыты. Давайте разберемся, во что мы ввязались.
За столом сидели четверо.
Сергей Липатов, ведущий конструктор, сидел так прямо, словно проглотил логарифмическую линейку. Даже сейчас, в пыльной лаборатории, он был при галстуке, а на лацкане его пиджака не было ни пылинки. Перед ним лежал блокнот, и ручку он держал наготове, ожидая команды записывать. Липатов был человеком-стандартом. Если в ГОСТе было написано, что винт должен быть закручен с усилием два ньютон-метра, Сергей закручивал его именно так, даже если для этого требовалось сломать руку.