Ханс долго молчал. Смотрел на пруд, на иву, на людей, которые улыбались и не видели ничего.
— Я почти забыл, как это — чувствовать, — сказал он наконец. — Почти.
— Я хочу попробовать.
— Попробуем вместе, — сказала Селена.
— А если не получится?
— Тогда попробуем ещё раз.
Селена и Исара взяли его за руки. Каин положил ладонь на плечо. Сора встала за спиной — её рука дрогнула, но легла твёрдо. Элиас остался у входа, но держал наготове дымовую колбу — на случай, если что-то пойдёт не так.
— Ты готов? — спросил Каин.
— Нет. Но надеюсь, что вы успеете.
Они потянулись через Резонанс. Ханс застонал. Перед ним пронеслись обрывки прошлого — Кирхен, Вердигрис, лица тех, кого не спас.
«Тихий дом» ответил — музыка стала громче, настойчивее. Воздух нашёптывал: «Отпусти. Здесь нет боли».
— Не слушай, — сказала Исара. — Это не тишина. Это смерть.
— Ты не один. Держись.
Ханс поднял глаза, полные слёз.
— Зачем вы вернули боль?
— Чтобы вернуть тебе выбор.
— А если я не хочу выбирать?
— Тогда мы выберем за тебя. И ты нас возненавидишь.
— А если я соглашусь?
— Тогда мы пойдём дальше вместе.
Сора подошла ближе.
— Я тоже боялась. Когда Лиззи забрали. Но меня не пустили. Пришлось жить дальше. И иногда это стоило того.
— Чего стоило? — спросил Ханс.
— Всего. Каши у костра. Споров с Захаром. Того, что ты сейчас здесь.
Ханс посмотрел на неё, всхлипнул — и рассмеялся.
— Ты стала ещё более колючей.
— А ты — более сопливым. Но я рада тебя видеть.
— Я тоже рад, — сказал Ханс. — Кажется.
«Тихий дом» вздохнул и отступил. Музыка стихла.
Ханс поднялся, опираясь на плечо Соры. Он обвёл взглядом сад — в последний раз. Провёл рукой по стволу ивы, будто прощаясь с единственным местом, где он не чувствовал боли. Потом повернулся к выходу.
— Я пойду с вами.
Глава 28: Срыв и возвращение
Они не прошли и лиги. Несколько часов после выхода из монастыря — а пустыня уже казалась враждебной. Каждый порыв ветра бил по лицу. Солнце жгло, песок набивался в сапоги.
Ханс шёл молча, глядя под ноги. Поступь неровная — тело отвыкло от долгих переходов. Он споткнулся о камень, упал на колено, поднялся без звука. Сора, шедшая в авангарде, замедлилась, оглянулась — и снова отвернулась. Не помогала. Не могла.
— Слышишь? — тихо спросила Селена, поравнявшись с Каином.
— Он на грани.
— Если сорвётся — мы не сможем его удержать. Я не смогу.
— Исара поможет.
Исара шла поодаль. Не приближалась, не давила, но её присутствие окутывало Ханса. Дар, приглушённый, едва тёплый, работал на пределе. Она сама еле держалась — лицо бледное, под глазами тени.
— Она устала, — сказала Селена.