Он сказал «вход телевизора» и тут же поймал себя на этом, как на ругательстве.
— На вход ВКУ, — поправился он и чуть покраснел.
Алексей кивнул. Схема была внятная. Даже по‑местному элегантная: она не пыталась сделать невозможное, а делала нужное — чтобы картинка не уезжала в сторону, не рвалась, не срывалась.
— Только есть один момент, — сказал Игорь, чуть сбавив тон. — По времени может не сойтись. Я по книжке прикинул, но… книжка у меня… ну, такая.
— «Техника молодёжи»? — ехидно спросил Саша.
— Да нет, — Игорь замялся. — Там… по телевизорам. Старая.
Алексей посмотрел на схему внимательнее. Тайминги в таких вещах были как погода: на бумаге можно нарисовать идеальный дождь, а на улице всё равно пойдёт мокрый снег, если захочет.
— Значит, будем подбирать, — сказал он. — На горячую.
Люба подняла брови.
— На горячую — это вы хотите прямо на включённом?
— А вы хотите сначала три месяца согласовывать «допустимое время гашения»? — спросил Алексей. — Потом ещё месяц ждать подпись, что гашение согласовано. А потом включить и увидеть, что «Рекорд» всё равно плюёт на наши подписи.
Игорь посмотрел на него с облегчением. Ему явно нужно было разрешение быть нормальным инженером, а не аккуратным переписчиком схем.
— Тогда… можно я в макетный? У Валеры есть текстолит, и… — он вздохнул, — я бы на макете сначала.
— Иди, — сказал Алексей. — Только никому не говори, что мы строим телевидение. Мы строим «средство отображения для наглядного вывода табличных данных».
* * *
К середине дня в лаборатории уже стоял телевизор.
Точнее — «Рекорд», который принесли из какой-то подсобки, с прилепленной бумажкой «СПИСАНО». У него был тяжёлый корпус, поблёкшая ручка громкости и характерный запах нагретой пыли — такой бывает у техники, давно забывшей, что её вообще должны включать.
Виктор, старший мастер, появился вместе с телевизором. Он придерживал его за бок, будто нёс не аппарат, а шкаф. Лицо у него было такое, будто он заранее знает, чем всё закончится.
— Это что ещё за цирк? — спросил Виктор, ставя «Рекорд» на стол с таким звуком, что стёкла в окне едва дрогнули.
— Учебный процесс, — спокойно ответил Алексей. — Повышаем наглядность.
— Наглядность… — Виктор посмотрел на их столы, на паяльники, на провода, на то, как они с утра уже успели обрасти обрезками и канифольными каплями. — Вы мне тут сейчас наглядно устроите пожар.
— Пожар — это когда у нас без лампы‑ограничителя, — сказал Саша и тут же понял, что лишнее. Замолчал.
Виктор прищурился.
Люба кашлянула, будто поперхнулась воздухом.
Игорь тем временем принёс плату. Не красивую, не заводскую — макетную, с перемычками, с дорожками, которые то исчезали, то выныривали из‑под припоя. На ней стояли К155 — аккуратно, в панельках. Игорь явно старался, чтобы можно было быстро менять, не выпаивая полдня.