Глава 9 Совещание у Седых
Реальность, как водится, не стала ждать «остальную часть».
Через три дня после того, как он занёс в тетрадь: «ТЗ согласовано. 9 августа 1976 г.», в коридоре его догнал Саша Птицын — взъерошенный, с неизменной кляксой канифоли на пальцах.
— Алексей Николаевич! — задыхаясь, выдал он. — Вас… это… Виктор Петрович срочно просит. В «маленькую». Всех позвал.
«Маленькая» — это переговорная с облезлой табличкой «Кабинет № 12», между кабинетом Седых и архивом. Там обычно решались вопросы, о которых потом долго шепталось всё КБ.
— Всех — это кого? — уточнил Алексей, хотя и так догадывался.
— Ну… Михалыча, Ветрову, Громова, Наталью Сергеевну… — Саша загибал пальцы. — И вас. На столе у него эта… папка с ТЗ. Толстая. Лицо… — он выразительно помахал рукой возле своего лица.
Алексей вздохнул и двинулся к «маленькой».
На настенном календаре в коридоре красным карандашом было обведено число «13». Август 1976‑го шёл своим чередом.
* * *
Переговорная действительно была маленькой.
Квадратная комнатка, два ряда стульев вдоль стен, посередине — стол, явно переживший не одну пятилетку. На стене — карта области, под стеклом пожелтевший плакат «Сократим простои оборудования!», рядом — график выполнения плана по какому‑то цеху.
Седых сидел во главе стола, чуть откинувшись назад. Перед ним лежала уже знакомая папка с ТЗ, сверху — его же подпись числа, обведённая красным карандашом. Вид у Виктора Петровича был такой, словно подпись поставил кто‑то другой, а отвечать придётся ему.
Слева от него устроился Михалыч — массивный, мрачный, ладони плотно стиснуты. Перед ним — тот же экземпляр ТЗ, но весь уже испещрён карандашными пометками и вопросительными знаками в полях.
Справа — Наталья Сергеевна, идеально собранная, с аккуратным блокнотом. Чуть дальше — Люба, сдвинув очки на кончик носа, нервно крутила в пальцах авторучку. На самом краю стола, почти на табуретке, — Евгений, в своём растянутом свитере, с какой‑то сложенной вдвое распечаткой под мышкой.
Алексею достался стул чуть позади, но Седых кивком подозвал ближе:
— Нет‑нет, Алексей Николаевич, сюда. Это ж по вашу душу разговор. Садитесь напротив.
Он опустился на стул, наблюдая краем глаза красный кружок вокруг подписи.
«Так, — спокойно отметил мозг. — Подпись есть, но сейчас будем делать вид, что её ещё нет. Классический откат по‑советски».
— Ну что ж, — Седых постучал по папке костяшками пальцев. — Собрал я вас, товарищи, чтобы обсудить вот это произведение искусства.
Он чуть приподнял обложку.
— Вчера, признаюсь, прочёл его… — он сделал неопределённый жест, — пунктиром. Наталья Сергеевна заверила, что всё по форме, я — доверился. Подписал, завизировал, порадовался, что молодцы.