Он вздохнул.
— А дальше всё равно будет тяжело.
— Понимаю, — ответил Алексей. — Но теперь у нас хотя бы есть шанс сделать это «тяжело» чуть менее тяжёлым.
Седых хмыкнул.
— Я смотрел на эту вашу плату, — признался он. — Она у вас там — как торт. Слоёный. Сверху красиво, внутри страшно.
Он помолчал.
— Вы уверены, что с этим… как его… ультрафиолетом будет легче?
— Не сразу, — честно сказал Алексей. — Мы ещё поймаем свои грабли. Но у нас будет нормальная архитектура: один корпус на плату, один набор проводников, одна программа.
Он улыбнулся в темноту.
— И вы, Виктор Петрович, в будущем сможете спокойно говорить: «мы сделали установочную партию на современной элементной базе». Звучит же красиво?
— Звучит красиво, — признался Седых. — Особенно если не вспоминать, что эта «современная база» пришла к нам в виде брака.
Он усмехнулся.
— Золотой брак, товарищ Морозов. Прямо как в жизни: то, что для одного беда, для другого — счастье.
Алексей не удержался и рассмеялся.
— Главное, чтобы ОБХСС не решил, что мы с вами вступили в брак с военной промышленностью, — заметил он. — Остальное переживём.
Седых тоже фыркнул.
— Если мы к следующему сентябрю поставим хотя бы десяток живых «Сфер» в школы, — сказал он, — я готов пережить многое.
Он особо выделил:
— Но только не визит комиссии по борьбе с хищениями социалистической собственности.
— Для этого у нас есть Наталья Сергеевна, — напомнил Алексей. — Она такой акт напишет, что любой инспектор растрогается. «Списанный неликвид передан на нужды народного образования» — попробуйте к этому придраться.
Машина тряхнулась на яме. Ящик на коленях подпрыгнул и снова тяжело опустился.
Алексей задержал на нём руку.
«Теперь, — подумал он, — можно наконец выкинуть из схемы этот слоёный ужас и нарисовать нормальную плату. Монитор, шрифт. Придётся, правда, разводить три питания — плюс двенадцать, минус пять и пять, РФ1 капризная, но зато всё в одном камне, загрузчик с кассеты в ПЗУ, таблица формул… И, может быть, когда‑нибудь — учебный пример номер четыре уже не в тетради, а прямо на экране».
Снаружи мимо промелькнул щит с надписью «Владимир — 5 км». Снег в свете фар превращался в длинные белые линии, как строчки на осциллографе.
Алексей прижал к себе коробку чуть крепче.
Сегодня они, по сути, просто забрали чужой мусор. Но именно из таких коробок и складываются мостики между «огромной ЭВМ за стеклом» и маленькой машиной на школьном столе.
Важно только вовремя заметить, что перед тобой — не просто брак. А шанс.
Глава 40 Таблица на экране
К ящику с «браком» он за эти три недели успел привыкнуть так же, как к собственному чемодану в общежитии. Только чемодан был пустоват, а здесь лежала аккуратно уложенная возможность.