— Не задымит, — ответил Алексей. — Мы же не Сашу к разводке ПЗУ допускали.
— Спасибо, — обиделся Саша. — Я, между прочим…
— Между прочим, — перебил его Евгений, — кто у нас последний раз перепутал А3 и А4?
Саша покраснел и уткнулся в паяльник. Лишние напоминания не требовались, тот день у него до сих пор всплывал ночью вместо сновидений.
* * *
Первый запуск они делали почти в тишине. Только паяльник на подставке потрескивал, и где‑то за стеной кто‑то ругался с телефоном.
— Так, — сказал Алексей, ещё раз пробежав глазами по стенду. ЦУБ, новая плата ПЗУ, плата ОЗУ, блок сопряжения с ВКУ, клавиатура от «Консула», кабель к «Весне». Лампа‑ограничитель в разрыв. — Включаем сеть.
Саша, как младший по званию, торжественно повернул рубильник.
Лампа вспыхнула ярко, потом тут же притухла до ровного жёлтого. Где‑то внутри блока питания тихо загудел трансформатор. На панели «Сферы» загорелись «Питание» и «Самотест».
Алексей невольно задержал дыхание. Несмотря на все самотесты ОЗУ, которые они уже довели почти до искусства, момент первого включения с новым ПЗУ всё равно был как прыжок с табуретки в темноту: вроде пол под ногами виден, а всё равно страшно.
Лампочка «Самотест» помигала, перебирая свои состояния, и погасла. Загорелось «Готов».
На экране «Рекорда» вспыхнуло: прямоугольная рамка, внутри — мигающий квадрат в левом верхнем углу.
— Есть, — задохнулся Саша. — Курсор!
— Курсор мы уже видели, — спокойно напомнил Алексей. — Нас интересует, что он умеет делать, кроме как мигать.
Он сел к клавиатуре «Консула», положил пальцы на верхний ряд и с лёгкой осторожностью нажал «К».
На экране появилось:
`К`
На следующей строке — сухая служебная фраза:
`К: КАССЕТА. ВКЛЮЧИТЕ УСТРОЙСТВО ФИКСАЦИИ И НАЖМИТЕ ВВОД.`
— Работает, — тихо сказал Евгений. — Монитор живой.
— Это понятно, — заметила Люба. — Дальше самое капризное.
Она подошла к «Весне», аккуратно сняла газету, сунула в магнитофон кассету с криво подписанной этикеткой «ТАБЛИЦА УМН. РЕД.1» и нажала клавишу «Пуск».
Магнитофон загудел, лента пошла. В динамике раздался знакомый треск, как будто кто‑то сгрызает сухарь прямо в ухо. На панели «Сферы» загорелась лампа «ЛЕНТА» — ровно, без нервных вспышек.
— Пилот есть, — пробормотал Алексей. — Счётчик крутится…
В предыдущий раз, когда они пытались показать работу с лентой начальству, всё пошло наперекосяк именно на этом месте. Тогда лампа то вспыхивала, то тухла, сам тракт захлёбывался, и машина зависала, как испуганный ребёнок на доске почёта.
Сейчас индикатор мигал спокойно, равномерно. Смена уровня, пауза, смена. ЦУБ терпеливо считал фронты, самотест кассеты гонял пилот‑тон туда‑сюда, пока значения не совпали три раза подряд.