Он тяжело вздохнул. — А маленькие ЭВМ у нас кем утверждаются? Не «Электронмашем» и не вашим отделом, Виктор Петрович. Там уже другие кабинеты подключаются.
Седых поморщился, как от лимона.
— Мы никаких ЭВМ не делаем, — твёрдо сказала Наталья. — У нас по документам — «учебно‑демонстрационный комплекс». Для подготовки кадров и облегчения табличных расчётов.
— Документами от них не отмахнешься, — проворчал Михалыч. — Они читать тоже умеют.
Алексей понял, что пора переставать быть фоном.
— Иван Михайлович, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, — если мы этого не заложим сейчас, потом уже никогда не заложим.
Он положил ладонь на лежащую перед ним папку. — Я понимаю вашу тревогу. Но речь не о том, чтобы сделать «маленькую ЭВМ», которая всё умеет. Речь о том, чтобы табличный прибор не был тупым арифмометром с лампочками.
— А что в этом плохого? — вскинулся Михалыч. — Арифмометры сорок лет работали и людям помогали. Надёжная вещь, не ломается, если не ронять.
— Плохого ничего, — вслух сказал он. — Но времена меняются. Сейчас к нам от министерства идёт задача: не просто посчитать, а ещё и научить людей работать с техникой. У нас же в названии теперь есть «учебно‑демонстрационный комплекс», помните?
Седых неопределённо хмыкнул. Название ему явно волновало меньше, чем отсутствие проблем.
— Так вот, — продолжил Алексей. — Если мы сделаем просто «электронный Феликс», через три года его поставят в бухгалтерию, два раза покажут на ВДНХ — и забудут. А если мы дадим возможность составлять типовые методики прямо в приборе, его можно будет ставить в школы, в техникумы.
Он повернулся к Михалычу. — Для этого и нужна память на последовательности операций. Не чтобы взламывать оборону и считать какие‑то секреты, а чтобы учитель мог записать один раз методику расчёта, а потом десять лет показывать её ученикам.
— Учителей я знаю, — буркнул Михалыч. — Сначала скажут: «Сделайте нам попроще», потом за год сломают к чертям.
— Чем проще техника, тем сложнее её потом чинить, — не удержался Евгений с края стола. — Простые вещи обычно ломаются сложнее.
Все на него посмотрели.
— Это как? — подозрительно спросил Михалыч.
— Если у вас, к примеру, простой калькулятор, — лениво начал Евгений, — и он «вдруг перестаёт считать», вы его куда несёте? В мастерскую? В кладовку? В окно?
— В кладовку, — честно признался Михалыч. — Потому что мастера на такие штуки всё равно нет.
— Вот, — кивнул Евгений. — А если у вас прибор разобран на несколько блоков — условно, арифметический, таблицы, ввод‑вывод, — и каждый блок можно отдельно заменить, не меняя всего остального, то…