— Если эта красная упадёт, — сказал он, кивнув на колбу с мутной жидкостью, — будет просто вонять. Но если разобьётся зелёная — мы все умрём.
— Элиас, — сказала Сора, не оборачиваясь.
— Что?
— Заткнись.
Он заткнулся. Но продолжал пересчитывать склянки — губами, без звука.
— Ты уверен, что они не разобьются по дороге? — спросил Каин. — Нет. — Элиас вздохнул. — Но я буду держать их в отдельном мешке. — Умно. — Или глупо. Посмотрим.
У южного выхода собрались все. Захар, хмурый, с покрасневшими глазами, проверял фляги у пояса Элиаса. Дарья стояла с детьми — Мила прижималась к её ноге.
— Не бойся, — сказала Дарья. — Они вернутся.
— А вдруг нет?
— Вернутся. Такие не пропадают.
Мила кивнула, но не отпустила мать. — А можно я помашу им? — Можно.
Марек отошёл от котла и стоял чуть поодаль.
Лиора стояла у самого выхода — там, где кончались навесы и начиналась пустыня. В полном доспехе, с секирой за спиной. Её лицо не выражало ничего.
Как всегда, — подумал Каин. — Командир не должна показывать страх.
Каин подошёл к ней. Остановился в шаге.
— Пора.
— Знаю.
Они стояли так несколько секунд. Потом Лиора резко сказала:
— Возвращайся. Вы все. Это приказ.
— Слушаюсь, командир.
— Не смей умирать, — добавила она тише. — Не собирался.
Лина появилась в последний момент. Выбежала из-за палаток, запыхавшаяся, сжимая в руке что-то маленькое. Сунула Каину в ладонь.
— Это тебе. На удачу.
Каин разжал пальцы. Маленький серый камешек — тот самый, с порога дома в Вердигрисе.
— Лина, это же твоё…
— Теперь твоё. Вернёшь, когда придёшь обратно. Договорились?
Каин сжал камешек в кулаке.
— Договорились.
— И не потеряй, — добавила она. — Не потеряю.
Лина посмотрела на него снизу вверх и крепко пожала его руку.
— Я буду ждать. И резать коренья. И не дам Мареку пересолить суп.
— Он всё равно не чувствует соли.
— Но я-то чувствую. И я ему скажу.
— Скажешь? — Обязательно.
Она отступила на шаг и встала рядом с Лиорой.
— Береги её, — тихо сказала Лиора. — Всегда, — ответил Каин.
Каин повернулся к отряду.
— Выходим.
Он шагнул за границу лагеря. Следом — Сора, Селена, Исара, Элиас. Светоч взлетел, сделал круг и полетел на восток. Бастет скользнула вперёд.
— Не оглядывайся, — сказала Сора. — Я и не собирался, — ответил Каин.
Пустыня приняла их не сразу. Сначала она лежала серая, плоская, безмолвная. Песок хрустел под ногами. Воздух был холодным, колючим.
— Зимой здесь, наверное, невыносимо, — заметил Элиас. — Летом тоже, — ответила Сора. — А когда хорошо? — Никогда.
Потом появились звуки. Песок под ветром шуршал. Где-то крикнула пустынная птица и замолчала.