— Живой, — ответил Келлен.
Захар кивнул и отошёл к ящерам.
Селена подошла к Каину, коснулась его руки. — Ты цел? — Почти. — Почти не считается. — Знаю.
Она улыбнулась, устало, но тепло, и пошла к своей палатке.
Прошло несколько дней. Лагерь привыкал к переменам.
Келлен работал с Захаром — чинил телеги, таскал ящики. Сначала двигался резко, по-военному. Потом медленнее. Захар ворчал:
— Не переусердствуй. Ты не железный.
— Уже нет, — ответил Келлен.
Он выпрямился, потёр затёкшую спину. Движения больше не были военными — просто человеческими.
Захар хмыкнул и протянул ему молоток.
— Держи. Если собьёшь гвоздь — сам выпрямляй. — Я справлюсь. — Посмотрим.
Мира сидела у палатки с блокнотом. Пыталась рисовать. Руки дрожали. Карандаш ломался. Она злилась, начинала заново. Исара сидела рядом, перебирала травы.
— Не торопись, — сказала Исара.
— Я не помню, как это делается.
— Вспомнишь.
Мира посмотреха на свои пальцы. Сжала карандаш сильнее. Провела линию — кривую, но свою.
— Получается? — спросила Исара.
— Не знаю. Но я пробую.
Каин, проходивший мимо, остановился. — Покажешь, когда закончишь? — Зачем? — Чтобы я помнил, что ты не только в саду была. Мира кивнула и снова уткнулась в блокнот.
Марек подошёл к Хансу, который уже привык к еде, и спросил:
— Нормально?
— Солёный, — ответил Ханс.
— Нарочно пересолил. Чтобы ты не забыл вкус.
Ханс кивнул.
— Завтра сделаю недосол. Посмотрим, заметишь ли.
Ханс улыбнулся.
— Ты умеешь улыбаться, — сказал Марек. — Оказывается, да.
Лина резала коренья. Смотрела, как Келлен таскает ящики, как Мира рисует, как Ханс ест. Улыбнулась и снова взялась за нож.
Каин сидел у котла, держа миску с супом, но не ел. Лиора села рядом.
— Ты как? — спросила она.
— Устал.
— Я вижу.
— И ещё… — он помолчал. — Я говорил с Альвой. Тогда, у ворот.
Лиора не удивилась.
— Что хотела?
— Понять. Перестать врать себе. Она не враг, Лиора. Не теперь.
— Знаю.
— Откуда?
— Ты бы не привёл их всех, если бы она была врагом. Ты бы не вернулся.
Каин посмотрел на неё.
— А ты как?
— Ждала.
Она сказала это просто, без надрыва.
Каин взял её за руку. Она не отняла.
— Я больше не буду ждать? — спросил он.
— Будешь. И я буду. Это не отменяется.
Она убрала руку, поднялась.
— Ешь, — сказала она. — Потом разговор. О том, что дальше.
— Что «дальше»?
— А ты думал, война кончилась? Нет. Палата не сдалась. Просто сменила тактику. Мы теперь цель.
Она ушла.
Элиас подошёл к Каину, сел рядом. Выглядел он так, будто не спал несколько дней — мешки под глазами, руки дрожат.
— У нас проблемы, — сказал он.
— Какие?
— Вода. Колодец на юге пересох. Северный даёт солоноватую. Фильтры работают через раз. Нужна сера.