2. Кхе-та – оружие, похожее наявара (кубастан ).Представляет из себя кастет для нанесения тычковых ударов. Усиление удара руки с зажатым в неё предметом привело к появлению простого, но очень эффективного оружия – короткой палочки. Её длина составляет от 12 до 15 см, а диаметр колеблется в пределах 1–3 см. Она может быть сделана из разных твердых пород дерева. Может быть заточена с одной или двух сторон. Истоком японской явары считается ваджра – ритуальное и мифологическое оружие в индуизме; в тибетском буддизме – до́рдже . Это священное оружие, палица, жезл, скипетр, используемый как символ высшей власти и правосудия, «камень благородный». Слово имеет несколько значений на санскрите: «молния» (непреодолимая сила), и «алмаз» (может резать что угодно, но не сам себя). Используется в буддийских священных текстах и в названиях сутр. Ваджра (дордже) символизирует силу и твёрдость духа, а также вечность и нерушимость (например, обета), но сам способен разрушить всё, даже, казалось бы, несокрушимое. Подавляет все злые желания и страсти. Символ Пробуждения, наступающего «в единый миг». Так же символизирует мужскую активную силу. Имея важное религиозное и культурное значение, символ ваджры распространился вместе с индуизмом, а затем с буддизмом во многие части Азии, Японию, Россию. Наверняка что-то подобное имелось и у других народов.
ГЛАВА 37.4. ПРИЧУДЫ БЛАГОДАРНОСТИ (окончание)
Лейтенант чувствовал, что его подкачивает от утомления, хотя «целебные» листья уже слегка пригасили усталость и… боль. Вдобавок к алкоголю. Безмолвные «черные статуи» с готовностью расступились, и он, что-то буркнув на прощание, смог, наконец, пойти обратно в сарай.
И тут же понял, что с драгоценными мешочками – беда. Не утаить. Спрятать сейчас ему негде, а заначку могут в два счета украсть, пока он спит. Хотя и существовало негласное правило, как на корабле среди матросов: у своих не брать. Но мало ли… Табак и листья печатями не заверены.
Впрочем, Тейлор не стал слишком ломать себе голову этой проблемой – не то было настроение. Он просто раздал приятелям, встретившим его обрадованными возгласами и туалетными шуточками, по щепотке и того и другого. Что ж, легко пришло – легко ушло... А на вопросы: «Где взял?» – отшутился, да к нему и не стали особо приставать. Было не принято. На оставшееся добро – тем более, осталось больше половины – Генри сел играть в кости.
Ну как сел?.. Примостился с легкими подвываниями, – чем вызвал у искушенных парней новый виток безобидных подтруниваний, – и, в итоге, даже выиграл пару-другую ставок. Впрочем, играли мужчины всего лишь на разную полезную мелочевку, еду, что повкуснее, да на ракушки-каури, которые у рабов были в ходу вместо денег. Но на них можно было выменять ту же еду, табак и такие вот листья.