– Но ведь твое настоящее имя Зафар? Мне ты его сказал. Я теперь знаю.
Волоф хлебнул из фляги, потом улыбнулся ему уголком рта, и ничего не ответил. Некоторое время они смотрели на открывающийся с их террасы роскошный простор вокруг, вдыхая полной грудью влажный, напитанный зеленью воздух, и свежий бриз благодатно овевал их разгоряченные лица.
– На самом деле меня зовут Генри, Зафар, – вдруг неожиданно сам для себя произнес Тейлор, бездумно пялясь на эту красоту. – Себастьян это мое второе имя.
Африканец опять ничего не сказал, только понимающе качнул черной головой.
ГЛАВА 25. ТО, ЧТО ОН ХОЧЕТ
***
Чудо случилось. Они успели! Конечно, напарники закончили свою долбежку уже затемно, буквально самыми последними из всех работяг, которые призрачными тенями тащились в сумерках мимо, по направлению к усадьбе.
Все же Генри, как ни старался, смог осилить всего лишь семь рядов. Остальные за него как бы невзначай доделал волоф. Но специально подъехавший к ним в конце дня Тито остался удовлетворен на сей раз – придраться было особо не к чему. Все двадцать рядов были аккуратно вспаханы, трава покошена.
Презрительно скривившись, драйвер даже соизволил внять почтительной просьбе Зафара и милостиво отпустил их к озеру. Правда, весьма неохотно, с кучей всяких дурацких подначиваний. Видно было, что вымотанный за день на жаре надсмотрщик никак не может придумать пристойную причину, чтобы не дать разрешение, и от этого вестимо бесится.
В усадьбе мистера Пейна так повелось, что после работы все невольники вполне законно были предоставлены сами себе и могли заниматься своими делами, в пределах дозволенного. Пожалуйста!.. Просто ни у кого из уставших вусмерть людей не возникало особого желания что-либо делать, кроме как поесть и тут же завалиться спать после изнурительного дня, чтобы наутро подняться... и пахать снова.
Вообще, на сон и отдых отводилось часов пять, не больше: только закрыл глаза, провалившись в черное глухое беспамятство, и надо опять тащиться выполнять эту адову работу.
«Будто чертово нескончаемое хождение вокруг корабельного кабестана», – почему-то приходило на ум Генри.
Терпеливо выслушав весь гнусный поток язвительных предположений о том, чем они там будут вдвоем заниматься на озере, завершившийся «дружелюбным» пожеланием «не сильно задерживаться после того, как вдоволь отсосете друг другу, гниды», Зафар склонился в своем коронном почтительном поклоне: «Конечно, господин, благодарю вас. Вы очень добры, господин».
– Как ты можешь так прогибаться под этого мерзавца?!! Смотреть противно! – ярился Генри, когда они спускались по тропинке к озеру, весь возбужденный от стойкого ощущения, что его сейчас смешали с последним дерьмом.