– Он все равно за это поплатится, вот увидишь, брат! Я прирежу мерзавца!
– Аллах!.. Остынь, мэк!... Посмотри на меня. Ничего тут не изменишь... Не становись очередным идиотом... – и волоф обессиленно закрыл глаза.
– Ладно. Поглядим... – Генри все еще потряхивало от переживаний, но усилием воли он постарался взять себя в руки. – Надо позвать Па Конте! У старика ведь есть эти... его жуткие зелья... мазь. Мне очень хорошо помогло, вон все быстро зажило, – Тейлор потрогал свежий шрам над бровью, из которого только недавно Бабалаво выдернул швы. – Не бойся, парень, мы тебя поставим на ноги! Надди, сходи в деревню, будь другом. Скажи Баба: вашему ламану нужна помощь!.. Пусть колдун захватит что-нибудь от боли и ран.
– Это лишь отсрочка, ами... Они все равно убьют меня. Раб не может напасть на белого безнаказанно. Пусть лучше это случиться раньше.
– Не смей сдаваться! – у Генри волосы на голове зашевелились от этой безнадеги. – Ты под защитой ваших богов, сам Баба говорил, помнишь!
– Да... но я нарушил табу... помнишь?...
– Что? Нет! Ты ведь хотел мне помочь! За это ваши боги не могут покарать столь сурово!
– Кто их знает, ами... у них... на все свои планы... И смерть... в данном случае... не самый худший исход... поверь.
– Прекрати сейчас же, проклятый ублюдок! Я не дам тебе умереть!
Волоф чуть улыбнулся на отчаянный рык Тейлора.
– Ладно, мэк. Я постараюсь...
– Вот и славно! Я что-нибудь придумаю. Обещаю! Ты пить будешь, брат? – Генри попытался приподнять тяжелую голову друга и влить немного воды в его спекшийся рот. – Еще чего-нибудь хочешь? Только скажи!
– Прошу тебя, фрэа, найди Нейри... Я волнуюсь. Чертовка куда-то сбежала. Как бы с ней не случилось чего... Дуреха!.. Я ведь говорил, что плохо кончится это ее... беспечное поведение...
– Ладно, не волнуйся. Я все сделаю. Жди здесь, приятель. Никуда не уходи! – неуклюже пошутил лейтенант.
– Я постараюсь, – опять усмехнулся волоф, не открывая глаз.
Генри осторожно сжал безвольные пальцы друга и встал, раздумывая можно ли оставить Зафара на попечение его жен, которые уже закончили с обтираниями и теперь просто тихонько сидели подле мужа, успокоительно возложив на большое темное тело свои розовые ладони. Изувеченная спина ламана была аккуратно прикрыта влажной примочкой с ярко проступающими на ней красными разводами.
Лейтенант ободряюще кивнул хмурым женщинам и вышел, направившись решительно к хижине Боба Тито.
ГЛАВА 36. ДЕЛО В ДЕТАЛЯХ
***
Когда Генри, запыхавшись, добежал до хижины Тито, надсмотрщик, на удачу, оказался в доме. Развалившись в плетеном кресле, испанец сидел, едва приметный в сумраке гаснущего вечера. Водрузив ноги на уставленный всяческим барахлом грязный стол, он вовсю накачивался виски. Или ромом, не суть.