— Шкаф‑1, — неожиданно выдал Саша.
Все повернулись к нему.
— По габаритам, — пояснил он невинно. — Если так дальше пойдёт, то корпус будет как у маленького шкафа. Вот и будет: «Шкаф‑1. Настольный».
Он улыбнулся.
— А потом «Комод‑2» и «Буфет‑3».
Люба прыснула, прикрывшись ладонью. Евгений одобрительно кивнул:
— Видишь, растёт смена. Уже мыслит сериями.
* * *
Михалыч пошёл на звуки смеха, как опытный мастер на подозрительный запах гари.
— Чего весёлого? — спросил он, рассматривая чертёж. — Опять кто‑то решил сэкономить не там, где надо?
Саша тут же отодвинулся. Евгений спрятал сигарету в карман с таким видом, будто её там и не было.
— Корпус, Иван Михайлович, — ровно сказал Алексей. — Эскиз лицевой панели. Обсуждаем, как оно будет выглядеть для комиссий.
— Комиссии, — проворчал Михалыч. — Для комиссий главное — чтобы всё по ГОСТу и без самодеятельности.
Он склонился над ватманом, прищурился.
— «БВП‑1». Ну, правильно. Как в ТЗ написано. Бытовой прибор. Чего вам ещё?
— Так‑то да, — осторожно начал Алексей. — Просто между собой мы всё‑таки привыкли…
— Между собой можно хоть «Чёрт‑знает‑что‑двадцать», — отрезал Михалыч. — На корпусе будет то, что в документации.
Он поднял глаза.
— И никаких вам «Сфер» и прочей лирики. Это вам не «Техника — молодёжи». У нас тут реальное производство, а не кружок по интересам.
— «Сфера» звучит не хуже, чем «БВП», — не удержалась Люба. — И короче.
— «Сфера» звучит как фантастический роман, — упрямо сказал Михалыч. — Придут с приёмки, увидят: «Сфера‑80»… Скажут: вы тут что, космический корабль делаете?
Он вздохнул.
— Нет уж. Хватит нам одного приключения с тем, что прибор сам считает, без перфоленты. Ещё и названием людей дразнить ни к чему.
Евгений тихо усмехнулся:
— Зато красиво было бы: «Сфера‑80». Прямо как в журнале: «научно‑фантастический комплекс, опережающий своё время».
— Вот именно — фантастический, — не уловив иронии, поддержал Михалыч сам себя. — А нам нужна не фантастика, а чтобы бумага была чистая. БВП‑1 — и точка.
Он постучал костяшкой по надписи.
— В паспорте — так же. В акте — так же. На шильдике — так же. Чтобы потом через пять лет никто не делал круглые глаза: «А откуда тут Сфера взялась?»
Он выпрямился.
— Всё, разговор окончен. У нас не конкурс названий, у нас план по макетам.
Он ушёл к своему рабочему месту, и настроение у кульмана заметно поугасло.
Евгений задумчиво потёр подбородок.
— Вот так и умирают шедевры, — сказал он. — Сначала кто‑то придумывает хорошее имя, а потом его закатывают в асфальт в интересах отчётности.
— Может, действительно оставить БВП‑1? — негромко сказала Люба. — Для нас он всё равно «Сфера».